— Так что? — она подошла к нему. — Обрабатываем? Сейчас схожу за мазью.
— Нет. Нужна другая помощь. Тереса, вы слышали что-нибудь об инициации порчи?
— Очень поверхностно.
— Садитесь, — кивнул он ей на стул, — расскажу.
Она послушно села и с интересом выслушала теоретический экскурс в основы проклятиезнавства. Когда порча наведена, появляется метка. Метка может досаждать, но по-настоящему вызревать не начнёт, пока не произойдёт инициация — неожиданное, вопиющее событие. Что-то такое, что выбьет из колеи.
— Думаю, в моём случае этим событием стало то утро, когда вы разбудили меня в этой комнате при помощи чайника.
Ну вот тебе на. Неожиданно. Получается, Тереса невольно запустила процесс вызревания порчи?
— Если вернуться в то же место и в те же обстоятельства и выпить противопроклятийную сыворотку, то порча нейтрализуется, — закончил рассказ Джозеф. — Сыворотка у меня с собой."
"— Я начинаю догадываться, почему вы так настойчиво просили полить вас из чайника, — улыбнулась Тереса. — Выходит, нам просто нужно повторить то утро?
— Да, — кивнул Джозеф.
— Просто повторить. Выхóдите. Захóдите. Срываете одеяло. Поливаете из чайника. Всё, — его бровь иронично поползла вверх.
Есть чему улыбаться. Пожалуй, это первый случай в истории академии, когда проректор просит студентку сорвать с него одеяло.
— Сможете?
— Смогу! — заверила Тереса.
Уж она его польёт, уж она с него сорвёт. Ради спасения Джозефа от порчи, Тереса и не такое способна. Она вышла в коридор, отошла от двери на несколько метров и решительно снова направилась к двери, чтобы полностью повторить то памятное утро.
Глава 47. Особая форма
Тереса действовала строго по плану. Зашла. Бодро подошла к кровати, взялась за край одеяла, которым Джозеф был укрыт с головой, и резко откинула. На мгновение замешкалась: смотреть на открывшуюся живописную картину или не смотреть? С одной стороны, ей уже успели намекнуть, что воспитанные студентки отворачиваются или закрывают глаза, когда перед ними раздетый проректор.
С другой стороны, надо ведь повторить всё, как было в прошлый раз. А в прошлый раз Тереса, несмотря на всю стрессовость ситуации, успела проректора разглядеть.
Поэтому решено было и в этот раз его разглядывать. Тем более, что он по-прежнему оставался привлекательным в своей обнажённой мужской красоте. Этого у него не отнять. Он был так хорошо сложен, что вызвал у Тересы непонятное волнение. А ещё её посетило убеждение, что его порча — всё-таки приворот.
