Она вылезла из родстера и посмотрела на вмятины, оставшиеся на двери от ее коленей. У нее напоминанием о том ужасном бегстве из Хоукшира темнели синяки.
– Завтра в «Печатной трибуне»? – спросила Этти."
"– Завтра, – согласилась Айрис, думая о том, как странно возвращаться на работу в помещении после того, как они колесили по стране на скоростном автомобиле, спали в необычных местах и ускользали от кровожадных гончих.
– Помочь занести багаж? – спросил Тобиас, держа в одной руке футляр с пишущей машинкой, а в другой дорожную сумку Айрис.
– О нет, сама справлюсь. Но спасибо, Тобиас. – Айрис забрала свой багаж. – Надеюсь, скоро увидимся?
– Уверен, ты меня еще увидишь, – ответил он с легкой усмешкой.
Айрис глянула на Этти, которая делала вид, будто его не слышит, но, торопясь по темной лестнице на свой этаж, Айрис поймала себя на том, что улыбается. Еще не стемнело, хотя дождь предвещал ранние сумерки, и Айрис подумала, что Фореста еще нет дома.
Вот он удивится, когда увидит ее. Она нашла ключ, спрятанный за расшатанным камнем на притолоке, отперла дверь и помахала Тобиасу с Этти, давая знать, что все в порядке.
Родстер выпустил выхлоп и поехал к дому Этти вблизи университета.
Айрис вошла в темную квартиру.
Она в самом деле пришла домой первой. Айрис стряхнула дождевую воду с ботинок и плаща и поставила сумки. Включив свет, она удивилась, как тут было чисто и прибрано. Насколько иначе пахло в квартире. Не то чтобы плохо, но ей пришлось немного постоять посреди комнаты, вдыхая воздух и думая, всегда ли здесь так странно пахло или раньше она просто привыкла и не замечала.
– Это неважно, – прошептала она.
Торопливо сняв мокрую одежду, она натянула свитер и коричневые брюки, а потом поставила пишущую машинку на кухонный стол.
На глаза попалась ваза с маргаритками, украсившими комнату, а на буфете стояли два пузырька с лекарствами, назначенными Форесту. Она с облегчением подумала, что брат наконец-то сходил к врачу.
Айрис поставила на огонь чайник и принялась печатать такую же кипящую статью о том, как канцлер запретил войскам Энвы входить в город.
Вдруг скрипнула ручка входной двери.
Айрис остановилась.
Наверное, это брат. Она предвкушала встречу с радостью и тревогой. Айрис встала и потянулась к медальону под свитером. Дверь распахнулась.
Послышалось шарканье, потом кто-то споткнулся и приглушенно выругался, выронив багет, завернутый в пергаментную бумагу.
Айрис шагнула вперед и вытаращила глаза.
