Бьянка, благочестивая невеста

Вы знаете своего врага, господин?

— Уловка определенно женская, — тихо проговорила Азура, и все на миг замерли, вновь пораженные ее тонким пониманием османской политики интриг и тайной борьбы. — Наш господин не совершил ничего, что могло бы поставить под сомнение преданность трону и дяде-султану, однако женщину, гонимую амбициями в пользу сына, все равно терзает недоверие.

Амир ибн Джем — старший из внуков Мехмеда Завоевателя, думает она. Он имеет законное право однажды вступить на трон Османской империи, но, несмотря на это, сторонится политики, не принимает государственных постов, не участвует в военных походах.

Живет тихо и уединенно, преумножает богатство, однако не обзаводится детьми, которых можно было бы использовать против него. Почему он так поступает? Какие мотивы им руководят? Уж не надеется ли хитрец в удобный момент, как только трое сыновей Баязида сойдутся в смертельной схватке, захватить власть?

Люди определенного склада действительно способны заподозрить в подобной стратегии злой умысел, а потому считают необходимым постоянно испытывать человека.

Надеются, что где-нибудь он оступится и раскроет истинные мотивы своего поведения; тогда придет пора уничтожить коварного лицемера: стереть с лица земли следы его существования, а из людского сознания вытравить память о нем. Только так можно защитить свои интересы и интересы сына. Скажите, кто из жен султана способен оказать на него влияние и предложить коварный план?

— Бесма, — без колебаний ответил Амир.

 — Говорят, она убила первого сына дяди, рожденного другой женой. После этого старшим стал ее сын, Ахмед. Ради того, чтобы он пошел по стопам отца, Бесма готова на все.

— У нее одна цель: вложить власть в руки сына, — сухо заметила Шахди. — Если бы она была уверена в успехе, то не задумываясь убила бы султана. Не удивлюсь, если Азура окажется права в своих предположениях относительно ее коварных замыслов.

— Мы должны защитить своего мужа от подлого заговора, — заключила Мейсун.

— Честно говоря, не вижу никакого заговора, — возразил Амир. — У вас просто не в меру разыгралось воображение. Султан посылает меня на остров Родос, чтобы вручить Великому магистру ордена госпитальеров очередной взнос за содержание отца, и тем самым намеревается проявить уважение к рыцарям. Красивый жест не останется без внимания. Не забывайте, что христианский мир считает Османскую империю варварским государством.