Бьянка, благочестивая невеста

Дядя не хочет, чтобы его самого и его подданных боялись, а потому прежде всего стремится завоевать уважение в мире. Хорошие манеры способны изменить представление о нас как о дикарях и тем самым оказать огромную услугу в международной политике. Тот факт, что я попытаюсь уговорить отца оставить разрушительную позицию и встать на путь мира, лишь подчеркнет мою преданность султану Баязиду.

— И все равно мне кажется, что вас проверяют, — настойчиво повторила Мейсун, а Шахди кивнула в знак согласия.

— Когда вы поедете, господин? Посвятите нас в свои планы. — Азура попыталась перевести разговор в более спокойное русло. Трудно было утверждать, что жены ошибаются, однако Амир отказывался верить подозрениям: честному человеку нередко представляется, что все вокруг столь же порядочны. Конечно, он заблуждался, и всем троим предстояло встать на защиту супруга. С раннего детства Азура внимательно прислушивалась к разговорам за столом, когда отец обсуждал с матерью свои дела, и ясно понимала, что по природе своей люди далеко не так благородны, как Амир.

Однако если заговор действительно существовал, то оставался единственный выход: верить в чудо и надеяться, что безупречным поведением принц докажет безосновательность клеветы.

Он рассказал женам, что намерен вызвать один из своих кораблей и морем отправиться в Бурсу. Как только на борт погрузят золото и поднимется капитан Махмуд, судно немедленно возьмет курс на остров Родос.

Крикор, разумеется, тоже поедет.

Следующие несколько недель жены провели в хлопотах: надо было подготовить достойный гардероб, чтобы супруг выглядел настоящим османским принцем. Богатым нарядам предстояло подчеркнуть почтение к султану и в то же время произвести впечатление на благородных рыцарей ордена госпитальеров.

Амир, как всегда, уделял внимание Мейсун и Шахди, однако старался проводить как можно больше времени с Азурой. Ее постоянное присутствие дарило спокойствие, уверенность и силу.

С ней он впервые познал любовь, и предстоящая долгая разлука отзывалась в сердце острой болью. Очень хотелось взять любимую с собой, однако порученная дядей миссия требовала строжайшей выдержки. Появление в цитадели христианства с женщиной оправдало бы все дурные мысли о его мире, хотя и сами госпитальеры отнюдь не отказывали себе в плотских радостях и содержали на острове любовниц.