Бьянка, благочестивая невеста

Утром он нарядил хозяина в белые с золотом одежды.

Эмиссары на лодке добрались до берега, где почетный эскорт ждал их, чтобы проводить в замок. Там Амира дружески встретил Анри-Франсуа Плесси д’Обюссон, Великий магистр ордена госпитальеров.

— Приезд племянника султана великой Османской империи — большая честь для нас, — с поклоном произнес Великий магистр. Это был человек среднего роста, с блеклыми глазами и волосами мышиного цвета. Природную бледность с лихвой компенсировал алый плащ с большим белым крестом.

— Султан Баязид чрезвычайно признателен за радушное гостеприимство, оказанное вами его брату, принцу Джему. Дядя желает одного: родственного мира. Деньги в счет содержания отца уже выгружены с корабля. Как только пожелаете, капитан Махмуд пересчитает всю сумму в вашем присутствии, чтобы не осталось сомнений в полноте доставленных средств.

Гость произвел на Великого магистра весьма благоприятное впечатление: молодой принц держался с поистине королевским достоинством, а манеры его отличались изысканной элегантностью.

И все же одно обстоятельство вызвало острое любопытство, и он не смог удержаться от вопроса:

— Почему у вас голубые глаза? — неожиданно поинтересовался господин Плесси д’Обюссон и с удовольствием заметил, что принц на миг утратил самообладание. Впрочем, уже в следующее мгновение уверенность к нему вернулась.

— Голубые глаза достались мне от матери, — спокойно пояснил он. — Она была англичанкой.

— Ах, понятно, — кивнул Великий магистр. — Надеюсь, вы не откажетесь со мной отужинать.

А сейчас, если хотите, можете навестить отца. Я сам провожу вас к нему. Когда вернетесь домой, в Константинополь, не сочтите за труд доложить султану, что его брат живет в условиях, вполне соответствующих его высокому статусу.

Амир не смог сдержать смех, а заметив удивление собеседника, объяснил:

— Дядя относится к брату с необыкновенным великодушием. И все же подозреваю, что рано или поздно даже его бесконечное терпение иссякнет. Превыше всего султан ценит преданность, так что упрямое противостояние отца выглядит как откровенная глупость.

Мы оба знаем, что шансов на победу у него нет и быть не может. Да и христиане не стали бы защищать Джема даже в том случае, если бы надеялись одержать верх над султаном. Однако это невозможно, поскольку, хотя Баязид и любит брата, империю он любит значительно больше. Султан — отец своего народа, а хороший отец никогда не предаст детей. Жаль только, что сын порою способен предать отца.