Быть может, завтра, протрезвев, она опять зальется слезами, но сейчас у этих людей, снимавших квартиру в далеко не самом престижном районе города, праздник — и Билли их понимает.
— Отличная новость, Дон. Очень рад за вас.
— Сколько ты пробудешь дома? Я чего звоню…
— Надеюсь, долго. У меня тут новый контракт нарисовался…
Дон даже не дает ему договорить.
— Отлично, отлично. Слушай, ты, пожалуйста, поливай дальше Даффи и Уоллера, а то мы… знаешь что?
— Что?
— Угадай!
— Понятия не имею.
— А придется, мой компьютерный гений, придется.
— Вы едете в «Диснейленд»?
Дон хохочет так громко, что Билли приходится отодвинуть трубку от уха, но он по-прежнему улыбается. В жизни добрых, порядочных людей произошло что-то хорошее. Каково бы ни было его собственное положение, он за них рад. Интересно, писал ли Золя о чем-то подобном. Наверное, нет, а вот Диккенс мог…
— Почти угадал, Даллон! Мы едем в круиз!
На заднем плане опять улюлюкает Беверли.
— Ты хотя бы месяц пробудешь дома? Или шесть недель. Просто мы…
Тут Беверли выхватывает у него телефон, и Билли опять приходится отодвинуть трубку от уха, чтобы поберечь свою многострадальную барабанную перепонку.
— Если нет, пусть подыхают! Я потом новые куплю! Целую оранжерею!
Билли успевает принести ей соболезнования и поздравить, а потом трубка снова переходит к Дону.
— Мы, как вернемся, съедем оттуда на хрен. Никаких больше живописных пустырей под окном. Нет, ты не подумай, у тебя квартира нормальная, Далл. Беверли поначалу ее хотела…
Бев кричит:
— Больше не хочу!
— Я без проблем полью Дафну и Уолтера, не волнуйтесь, — заверяет их Билли.
— Мы вам заплатим, мистер Компьютерный Гений и Цветочная Нянька! Можем себе это позволить!
— Не нужно. Я рад помочь, вы хорошие соседи.
— Ты тоже, Даллон, ты тоже. Знаешь, что мы пьем?
— Шампанское?
Билли опять отодвигает трубку от уха.
— Не в бровь, черт подери, а в глаз!
— Не переусердствуйте, — говорит Билли. — И передайте Беверли мои наилучшие пожелания, хорошо? Соболезную ее утрате, но радуюсь вместе с вами.
— Все передам, не вопрос! Спасибо огромное, дружище! — Он умолкает, а потом серьезным, почти трезвым голосом добавляет потрясенно: — Двести тысяч долларов! Просто невероятно, да?
— Да, — соглашается Билли. Он кладет трубку и откидывается на спинку своего офисного стула. Сам-то он получит куда больше двухсот тысяч, но настоящие богачи — это Дон и Беверли Дженсен. Да, сэр, вот кто настоящие богачи. Сентиментально, но правда.
