Элис сидит прямо и едва успевает вертеть головой, глядя широко распахнутыми глазами то на обрывы справа, то на отвесные, заросшие лесами склоны слева. Билли может ее понять. Она — девчонка из Новой Англии, которой довелось совершить короткое и в конечном итоге неприятное путешествие на Средний Юг, и сейчас ей все внове, все потрясает до глубины души. Пусть Билли никогда не поверит, что она согласилась бы на изнасилование ради этой поездки к подножию Скалистых гор, все-таки он доволен, что она здесь. Ему нравится ее восторг.
Нет — он безумно рад.
— Я могла бы тут жить, — говорит она.
Они проезжают через Недерленд, крошечный городишко, который кажется придатком огромного торгового комплекса на окраине. Парковка забита под завязку. Билли, который вообще-то способен поверить во что угодно, вряд ли поверил бы, что уже в начале следующей весны эта парковка будет пустовать, а большая часть магазинов закроется.
— Мне надо туда заскочить, — говорит Элис, показывая пальцем на витрину аптеки и краснея.
Он находит свободное местечко у входа.
— Тебе нездоровится?
— Нет, но скоро начнутся эти дни. Вообще-то еще рано, но я чувствую их приближение. Живот болит.
Билли вспоминает аннотацию к противозачаточным таблеткам.
— Может, лучше мне…
— Нет, я сама. Не волнуйся, я недолго. Боже, надеюсь, я не протекла — брюки жалко…
— Ничего страшного… — «Купим новые», — хочет сказать Билли, но Элис уже выскочила из машины и торопливо шагает к «Уолгринс», почти бежит. Несколько минут спустя она выходит с пакетом в руках.
"
"Билли спрашивает, все ли у нее хорошо. Она коротко — даже немного резко — отвечает, что да. За городом она просит его остановиться подальше от других машин и отвернуться. Он отворачивается, и его взгляд сразу падает на дельтапланериста, зависшего в небе над глубоким, похожим на открытую рану ущельем. Вот ненормальный! С такого расстояния кажется, что он замер на месте и почти не двигается. Билли слышит, как Элис возится на заднем сиденье, расстегивает молнию, шуршит пакетом, снимает защитный слой с прокладки — вряд ли она осмелилась бы сейчас воспользоваться тампоном, — а потом снова застегивает молнию.
— Можешь смотреть.
— Нет, лучше ты посмотри, — говорит Билли и показывает пальцем на дельтапланериста.
— Ох ты господи! — Элис ладонью прикрывает глаза от солнца.
— Не говоря уже о пресвятых ананасах.
Элис усмехается. Искренне. Ее усмешка греет Билли душу.
А потом она повторяет:
— Я могла бы тут жить.
