Бить нужно смело

Игра под названием «Мне всё равно» набирала обороты. И если до этого Владе было… всё равно… что он появился в городе, то теперь всё равно, что смотрит на неё, всё равно, что так опасно касается, всё равно, что разжигает в ней желание. И чем откровеннее становилось очередное «всё равно», тем сильнее она отдалялась. Чем ближе оказывалось тело, тем дальше улетала душа. Влада бессовестно соблазняла сама и так же демонстративно велась на ответное соблазнение. Но вместо изысканного десерта Багдасаров рисковал получить залежалый, прогорклый кекс.

На такие фокусы его подружка была щедра.

Появление наглого щенка на самом-то деле спасло безнадёжно по*ереную ситуацию. Получить по морде было в некоторой степени полезно – это лишало иллюзий. Влада оценила его великодушие и нежелание встревать в откровенный конфликт. Она в принципе не любила оказываться в центре внимания, а уж становиться разыгранным призом, и вовсе было чем-то за гранью. Вечер обещал запомниться зародившейся между ними двумя лёгкостью, на пару отрепетированными приключениями.

Ну и, пожалуй… Багдасарову светило что-то вроде её смущённой улыбки перед сном, что, к слову, было куда более ценно, чем самый откровенный секс. Настоящие эмоции у Влады всегда сочились по скупой капле. Всё, что больше – игра, обман, притворство. Всё, что не наедине – исключительно напоказ. Слишком поздно он смог разглядеть, что из отношений Влада умела создавать настоящее таинство. И теперь, наученный горьким опытом, Багдасаров смело отделял ядра от шелухи.

Надежды решить её проблемы с наскока растаяли, когда на стоянке появился псих с пистолетом.

Его Багдасаров увидел уже после того, как отбился от шестёрки Балашова. Влада права – драться он не умел, но, как говорится, кастет в помощь тому, на кого замахиваются битой. Бык свалился с одного точного удара, но легче не стало. Ну а дальше, как и положено в обострённых конфликтах, всё происходило стремительно. Небольшая потасовка, в которую он даже не успел вмешаться, закончилась патово: в подбородок Влады упирался ствол, на периферии с офигевшим взглядом болтался Балашов. Сам Багдасаров оказался в десяти шагах от эпицентра, а значит, положительно на ход событий повлиять практически не мог.

Принимать быстрые и правильные решения в ситуациях, когда с одной стороны тупик, с другой обрыв – это его работа. Нашёлся выход и сейчас. И у этого выхода было четыре лапы, стоящие торчком уши и звериный оскал. И, собственно, единственная цель, с которой он здесь появился, была цель защищать.