Элизабет подумала, что он невероятно красив. Ей захотелось дотронуться до него, и она нерешительно подняла на него глаза.
— Да, — хрипло прошептал Ян, и она поняла, что ему до смерти хочется, чтобы она его потрогала. Эта мысль наполнила ее радостью и гордостью, когда она провела руками по его плечам и груди, чувствуя, как вздрагивают его мышцы от ее легких, как перышко, прикосновений. Она подумала, какая атласная у него кожа, и дотронулась до нее губами, потом осмелела и поцеловала сосок, осторожно провела по нему языком и почувствовала, как он резко затаил дыхание, крепче обхватив ее спину.
Элизабет была так поглощена удовольствием, которое получала, доставляя ему наслаждение своими слабыми томными поцелуями, что прошло несколько секунд, прежде чем она вдруг осознала, что его рука уже не водит по ее гладкому бедру, а настойчиво гладит ее между ног.
Элизабет инстинктивно свела ноги и в панике подняла на него испуганные глаза."
"— Пожалуйста, дорогая, — ласково прошептал Ян, обжигая ее своим взглядом, пока его пальцы поглаживали ее, играя вьющимися волосами.
— Не закрывайся от меня.
Уткнувшись лицом ему в грудь, Элизабет прерывисто вздохнула и заставила себя подчиниться. Поглаживание продолжалось, становясь все более интимным, и она застонала — но не от боли и унижения, а от нахлынувшего на нее наслаждения.
Она крепче обхватила его руками, и его палец проскользнул глубже в ее влажное тепло.
— Я люблю тебя, — не помня себя, прошептала она ему в шею.
Повернув ее на спину, он накрыл ее рот своим. Когда ее бедра начали инстинктивно двигаться в такт движениям его руки, он убрал руку, приподнял их и вошел в нее.
— Сейчас тебе будет больно, любимая, но иначе невозможно. Если бы я мог взять на себя твою боль, я сделал бы это.
Она не отвернула лицо и не попыталась высвободиться, а улыбнулась со слезами на глазах и прошептала:
— Знаешь, как долго я ждала от тебя слова «любимая»? У него болезненно сжалось горло.
— Сколько? — хрипло спросил он.
Положив руки ему на плечи, Элизабет приготовилась к любой боли, которую ей придется испытать и приближение которой она чувствовала по его возросшему напряжению.
— Два года. Я ждала и жд…
Ее тело дернулось и из груди вырвался резкий вскрик, но боль почти тут же прошла, и он вошел в нее глубже, пока она не наполнилась вся его жаром и силой и не забылась, отдавшись прекрасным ощущениям, которые будили в ней его медленные глубокие движения.
