Толпа хлынула на нее, и тут кто-то схватил ее за руку и потащил обратно в здание.
— Быстрее, леди Торнтон, — произнес незнакомый ей молодой человек, — следуйте за мной. За углом есть другой выход.
Элизабет машинально повиновалась, вцепившись в руку герцогини, и они стали пробираться через толпу лордов назад.
Когда они подошли к другому выходу, герцогиня описала молодому человеку свою карету, и он кивнул.
— Оставайтесь здесь. Никуда не выходите. Я скажу вашему кучеру, чтобы он подъехал сюда.
Через десять минут появилась карета герцогини, и они поторопились укрыться в ней.
Элизабет высунулась из окна.
— Спасибо вам, — сказала она молодому человеку, ожидая, что он назовет свое имя. Он приподнял шляпу.
— Томас Тайсон из «Таймс», леди Торнтон. Нет, не волнуйтесь, — успокоил он ее, — я не собираюсь задавать вам вопросов. Приставать к женщинам не мой стиль. — Для убедительности он захлопнул дверцу кареты.
— В таком случае, — сказала Элизабет через открытое окно, силясь изобразить благодарную улыбку, — боюсь, вы не очень преуспеете в журналистском деле.
— Возможно, вы согласитесь поговорить со мной в другое время — без свидетелей?
— Возможно, — неуверенно ответила Элизабет. Кучер щелкнул кнутом, и лошади медленно тронулись с места, вливаясь в транспортный поток, который к этому времени был уже весьма оживленным.
Закрыв глаза, Элизабет откинулась на спинку сиденья. Образ Яна, преследуемого толпой и выкриками «Убийца», терзал ее воображение. С болью в голосе она шепотом спросила у герцогини:
— Как давно его преследуют толпы зевак, проклинающих его имя?
— Больше месяца.
Элизабет издала прерывистый вздох, и в голосе ее зазвенели слезы.
— Если бы вы знали, какой он гордый… Он такой гордый… а из-за меня его обвинили в убийстве. И завтра он превратится в посмешище.
Герцогиня помолчала, потом отрывисто проговорила:
— Он сильный мужчина, и его никогда не интересовало чужое мнение — за исключением, возможно, вашего, Джордана и еще нескольких людей. К тому же осмелюсь предположить, что скорее всего вы, а не Кенсингтон, будете выглядеть дурой в завтрашних газетах.
— Вы отвезете меня домой?
— На Променад-стрит?
Слезы моментально высохли на щеках Элизабет.
— Нет, конечно, нет. К нам домой — на Брук-стрит.
— Не думаю, что вам стоит это делать, — резко сказала герцогиня. — Вы же слышали, что сказал лорд-канцлер. Элизабет колебалась только одну секунду.
— Уж лучше я предстану перед Яном сейчас, чем буду со страхом ждать этой встречи всю ночь.
