Блатные псы

– Тебе придется к этому привыкнуть.

Боль уже улеглась, когда подъехал Ожогин. Кустарев обрисовал ситуацию, и он принял решение задержать Ивана и его спутника. Но сразу же возник вопрос – вернутся они или нет. Может, уехали с концами?..

Не так страшен зверь, как его малюют. Знал Марк одного такого «художника». Запугивал его майор Одинцов, ужасы тюремного бытия перед ним рисовал. И что? В следственном изоляторе он попал в камеру для бывших сотрудников, к нормальным ребятам. Никаких проблем, и перспективы хорошие.

Адвокат попросил немного потерпеть, сказал, что, как только волна уляжется, будет суд и ему изменят меру пресечения…

Но вместо суда его перевели в другой изолятор. Сказали, что там камеры после ремонта и живется, как в гостинице. И в камере для «бэсов» тоже, говорят, ремонт. Холодильник там, телевизор. Конвоир нормальный, не злой, даже улыбается. Нормально, говорит, у них в СИЗО, вся власть в руках администрации, «черная масть» сидит ровно. Но так Марк Сколков к блатным в стаю не метил, надо будет, он и в «красную масть» перейдет, профилактикой правонарушений займется – с пользой для себя.

Но это если осудят… Адвокат условный срок обещает…

Все нормально будет, если язык за зубами держать, поэтому он и не колется… И зря менты на психику давят, ничего не выйдет.

А они давят, потому и в другой изолятор перевели. Дескать, Гударева убили, теперь его очередь. И за него они переживают, и за Пинчука, и за Костю Макова…

Неплохой урожай менты собрали, только не получается у них с обмолотом зерна.

Крепко ребята держатся, не летит с них шелуха.

А Гударева, возможно, никто и не убивал. Ранили его, он и умер, а уголовный розыск подал это как смерть от руки киллера. Типа, зачистили Олега… Мечутся опера, но это неудивительно – Одинцов ведь за решеткой. А Марк его предупреждал, говорил, что ответит он за свой беспредел. Как в воду глядел… Ясно же, что подставили его, и понятно, кто. С Леонидом Афанасьевичем шутки плохи – выплюнет и разотрет…

Так что не напугать Марка переводом в другой СИЗО, этим дешевым трюком…

Конвоир подвел его к железной двери, ничего не сказал, просто коснулся рукой плеча, дескать, лицом к стене.

Он знает, что Марк тоже когда-то служил, поэтому и ведет себя с ним как со своим. А как не знать, если он ведет его в камеру для бывших сотрудников.

«Контролер» проверил сопроводительные документы, что-то чиркнул в своем журнале, открыл дверь и кивком головы пригласил Марка зайти.