Блатные псы

– А называют меня как?

– А кто за Бочаровым «смотрит»?

– А где тебя приняли? – усмехнулся Лукомор.

– Ну, в Бочарове… – пришибленно глянул на него Сколков.

– Ну, к мужику одному неправильно подъехал…

– Никиткин в Бочарове живет, знаешь?

– Откуда? Я про него краем уха слышал…

– И то, что Никиткин у Лукомора под ногами путается, не слышал?

В камеру вернулся Жадный. Лукомор глянул на него, качая головой, его информация уже не имела значения.

– Этот человек меня обманывает, – сказал он, кивком показав на Сколкова, – и он должен ответить…

На Марка набросились всей гурьбой.

То ли он окончательно утратил веру в себя, то ли братва действительно казалась ему нечистой силой, так или иначе, сопротивления практически не было. Его скрутили, поставили на колени, прижали животом к шконке, кто-то схватил швабру…

Лукомор остановил этот шабаш в самый последний момент, и Сколков с убитым видом вернулся на место. Глаза воспаленные, красные, по щекам текут слезы, в носу хлюпают сопли…

– Ты не мент и даже не «мусор».

Ты – полное фуфло, – презрительно фыркнул Елецкий. – Одинцов – да, Одинцов – мент. Его не запрессуешь, он до последнего стоять будет… Он здесь, недалеко, в «бэсовской» камере. Хочешь с ним поговорить?

Сколков опустил голову в медленном кивке. Он хотел в камеру к ментам, его не пугал разговор с Одинцовым. Он, казалось, готов был признаться в чем угодно, лишь бы вырваться из ада, в котором оказался.

– Поговоришь. Если мне все скажешь. Если нет, останешься здесь. На всенощную. А под утро повесишься… Я не шучу.

– Что говорить? – пролепетал Сколков.

– Ты знаешь, кто такой Татарин?

– Ну, я с ним не пересекался, он по другой линии…

– Что вы должны были с ним сделать?

Сколков провел пальцем по своему горлу.

– Я не знаю Веселого, мы с ним не решали, его без нас сделали. Если бы Татарин не слинял, и его бы без нас сделали…

– Только не говори, что ты не знаешь этих людей! – Лукомор посмотрел на Сколкова глазами Вия. В этих глазах не было угрозы, только приговор.

– Семен его зовут! – не выдержал Марк.

– В Бочарове у него дом… Улица Железнодорожная… Он сам из Бочарова…

– С Никиткиным знается?

– Да, конечно. Они еще со школы знакомы…

– Семен у Леонида Афанасьевича еще со школы в «шестерках» ходил. Мне сам Леонид Афанасьевич сказал, что нет у него преданней человека, чем Семен.

– Зачем он тебе это сказал?

– Ну, этот Семен со странностями.

– Леонид Афанасьевич предлагал ему бизнес, положение в обществе, а он не захотел.