Блестящая роль злодейки

Но я прекрасно понимала, зачем Колле хочет меня видеть.

На этом приёме должны объявить результаты отбора, разве может кронпринц Аттии остаться в стороне? Ещё раз унизить Гидеона и… Меня – тоже.

Я слышала о том, что графиня Вайне скоропостижно выбыла из списка участниц. Причины не афишировались, однако, ходили слухи о том, что Мирта уехала в сельскую местность, а её отец прервал соглашения со многими аристократами.

Радует ли меня это? Нет, не особо. Наверное, каждый получает по заслугам. И я… Тоже. Отец готовится к проведению помолвки с кронпринцем.

Белое с золотым, традиционное, невозможно изящное. Сжечь бы его. Вместе с остальными нарядами…

— Какого цвета платье стоит подобрать для приёма? – спросила Вейн, обеспокоенно глядя на меня.

— Всё равно, - сухо бросила я, а потом, неожиданно, хмыкнула, - хотя… Пусть будет тёмно-фиолетовый.

— А? – удивилась девушка. – Но, это весьма близкий к траурному оттенок и…

Она запнулась, глядя мне в глаза и, наконец, понимающе кивнула.

Настолько тёмные цвета носят вдовы, или замужние женщины, которые недавно перенесли серьёзную потерю в семье. Нарушаю ли я этим правила?

О, да. Волнует ли меня это? Нет.

Нет никакого смысла соблюдать правила, быть идеальной аристократкой. Возможно, это мой последний шанс показать характер.

Я собиралась на завершающий бал отбора медленно и нехотя. Вспоминала то, с чего всё начиналось и поджимала губы. Вокруг меня беспрестанно суетились служанки, старающиеся воссоздать образ «идеальной леди».

Но тёмный цвет платья делал отражение в зеркале визуально старше и строже. Причёска – высокая, сдержанная, без ярких заколок.

Мне нравился этот образ. Возможно, оттого, что он напомнил мне вдовствующую императрицу.

Поездка ко дворцу была достаточно быстрой. Сумерки уже опустились на столицу, но дворец, как и всегда, горел сотнями тысяч ярких огней. Очень красивое зрелище, стоит признать.

Кареты подъезжали, останавливались у лестницы и отправлялись дальше.

Вдох-выдох. Это не так просто, как кажется. Подняться вверх по лестнице, дождаться представления от церемониймейстера и выйти вперед, без запинки, под шквалом острых взглядов.

Такой одинокой я не ощущала себя никогда. Каждый шаг – как танец на ножах. Каждый едкий взгляд… Оседает липкой мерзлотой на плечах. Нечто похожее… Было и на моём дебюте.

Как сложно иногда улыбаться.