Ближний Круг

Вот, видите, Константин Александрович? Эти пучки соответствуют лёгким. Посмотрите, почти все нити оборваны. Сейчас я их…

С этими словами Клавдия собрала почти разорванные пучки нитей и сжала их в кулаках. Закрыла глаза. На лбу моментально проступили капельки пота. Губы плотно сжались. Чувствовалось, что девушка испытывает колоссальное напряжение.

Я сам не знаю, что меня дёрнуло. Просто не мог стоять и смотреть, ничего не делая. Подошёл к ней, выдернув из кармана платок с вышитыми в уголке инициалами «К. Б.», и промокнул ей лоб.

— С-с-спасибо, Константин Александрович, — пробормотала Клавдия и разжала руки.

Два пучка нитей, совершенно целые, мягко опустились на места.

— Ну вот, почти всё. Осталось вычистить лишнее.

С этими словами Клавдия запустила руки в «грудь» энергетического тела и выгребла оттуда нечто… Словами это назвать было трудно. Как будто ком грязи, но не грязи. «Грязь» тоже была энергетической природы, она состояла из каких-то волокон и вообще была как будто живой.

— Пуф! — воскликнула Клавдия, как ребёнок, и швырнула ком себе под ноги.

Тот провалился сквозь доски пола, не оставив и следа. В этот миг женщина на койке, про которую я уж было позабыл, принялась кашлять. Но не как раньше (мой знакомый фельдшер часто говорил, что умирающие кашляют «в себя», а те, кто выкарабкается — «наружу»). С такой силой, какой и заподозрить невозможно было в этом тщедушном создании.

Клавдия коснулась пальцами энергетического тела и слегка на него надавила. «Призрак» опустился и слился с телом женщины, которая, казалось, и не заметила этого. Она продолжала кашлять.

— Вот! — Клавдия сунула ей в руки жестяной тазик. — В течение ближайшего часа выйдет всё лишнее. Ещё денёк-другой полежите — и пойдёте домой!

Женщина пыталась сказать что-то вроде «спасибо», но не сумела, только проартикулировала, да и то не до конца. Клавдия ей улыбнулась и шагнула к двери. Тут-то силы её и покинули.

Раненое плечо взвыло от боли, но я, закусив губу, стерпел. Главное — работает.

— С-спасибо, Константин Алек-ксандрович… — Клавдия даже начала немного заикаться.

— Просто Константин. Костя, — сказал я.

— Т-тогда можете звать меня Клавдией. В-вы не будете в-возражать? — Она потянулась к платку, который я всё ещё держал в руке.

Оказалось, что у неё из глаз текут слёзы.

— Конечно, — отдал я ей платок.