— Ты мечтаешь о том, чтобы твоя воля была взята, а тело опустошено. Ты хочешь, чтобы кто-то поливал тебя грязью, пока ты кричишь, умоляешь и кончаешь.
Дрожь, пробежавшая по ее маленькой фигурке, пробирает меня до самого члена. Ах, блядь. Теперь я нуждаюсь в ней, как в воздухе.
— З-заткнись.
Ее губы дрожат синхронно с остальным телом. Я крепче сжимаю ее горло.
— Тебе нужно перестать лгать себе или скрывать свою истинную сущность. Я уже видел тебя обнаженной, трогал каждую часть твоего тела, чувствовал, как твои мышцы трепещут на мне, а твоя киска доит мой член.
Я брал твою кровь и пировал на ней. Я знаю твои наклонности и знаю, что заставляет тебя кончать быстрее, что доводит тебя до оргазма и что тебя заводит. Так что не прячься, блядь.
Она качает головой туда-сюда, как бы убеждая себя в том, что диктует ее праведный мозг.
— Я мог бы навесить на тебя любой ярлык, но не думал, что ты окажешься такой трусихой.
Она перестает качать головой и смотрит на меня, этот огонь разгорается в глубине ее зеленого взгляда, как лесной пожар, пожирающий лес.
— Пойдем, — я отпускаю ее горло, чтобы схватить ее за локоть, но она вырывает его с силой, которая заставляет ее удариться им о машину.
— Я сказала, что никуда с тобой не пойду.
— Ты можешь пойти со мной сейчас или сделать это после того, как я зайду в тот паб и расскажу твоим друзьям, как тебе нравится, когда за тобой гоняются в темноте. Как ты заплатила за это членство в клубе и попросила кого-то прийти изнасиловать тебя.
Ее лицо теряет всякий цвет, и она сжимает руки в кулаки по обе стороны от себя.
— Они тебе не поверят.
— Скорее всего, нет. Они считают тебя ханжой, в конце концов. Но это вызовет сомнения и вопросы «что-если». Ава может начать складывать кусочки воедино, например, когда ты всегда носила шарфы или когда ты ходила домой хромая и закрывалась в своей комнате. Они будут строить теории, и на тебя будет оказываться все большее давление, чем больше ты будешь их отрицать. Со временем ты начнешь испытывать отвращение к себе за то, что лгала своей лучшей подруге.
Она, вероятно, будет возмущена тобой и поставит под сомнение все годы, которые вы провели вместе.
— Ава не такая, — пробормотала она, как будто это заявление предназначалось ей самой, а не кому-то другому.
— Ты не можешь знать этого наверняка. Неважно, насколько открытыми люди притворяются, в глубине души они осуждают тебя за то, что ты не такая, как все. Они пристыдят тебя, навесят ярлыки и запихнут в низшую категорию.
