Удовлетворят ли тебя отношения?
— Что значит быть в отношениях с тобой, Джереми? Что ты можешь приказывать мне, заставлять меня выполнять твои приказы, пока ты продолжаешь вытеснять меня? Потому что это называется владением, а не отношениями, и я не фанатка такого.
— Следи за языком.
Она делает длинный вдох, затем говорит менее напряженным тоном.
— Отношения означают компромисс, отдачу и принятие, партнерство. Это не дисбаланс сил, когда последнее слово во всем остается за тобой, а я просто повинуюсь.
— Ты любишь повиноваться.
— В сексуальном плане — да, люблю. В этом плане я даю тебе свободу действий. Но не в реальном мире, Джереми. Я человек с чувствами, страхами и предпочтениями. Я также независимый человек, который дорожит своей свободой. Если ты будешь постоянно принуждать меня, в конце концов закроюсь от тебя. Я этого не хочу, и уверена, что ты тоже этого не хочешь, верно?
Я сужаю на нее глаза.
Она о чем-то просит. О чем именно, я не знаю.
— Скажи это.
Она хмурит брови.
— Что сказать?
— То, чего ты хочешь.
— Я просто хочу знать о тебе больше. Это несправедливо, что только ты знаешь обо мне все.
— Ты знаешь все, что нужно знать.
— Все? Ты имеешь в виду тот факт, что ты изучаешь бизнес, являешься главой Язычников и наследником мафии? Это ничего не говорит мне о твоем характере.
— Ты знаешь о мотоцикле, коттедже и моих сексуальных предпочтениях.
Она немного расслабляется, вероятно, наконец-то поняв, что недооценивает, насколько хорошо меня знает. Почти на том же уровне, что и мои родители.
Черт, даже они не знают, чем я увлекаюсь.
Она подходит ближе.
— У тебя всегда было такое пристрастие?
— С тех пор, как я достиг половой зрелости, да.
— Когда ты впервые попробовал себя в этом?
— Во время той инициации, когда преследовал тебя.
Ее лицо покраснело.
— Ты... никогда не пробовал это раньше?
— Нет.
— Почему?
— Я не доверял никому, с кем можно было бы это осуществить.
— Значит ли это, что ты доверяешь мне? — она смотрит на меня большими зелеными глазами, полными надежды и новой привязанности.
Нет, она хочет моей привязанности.
Она хочет от меня большего.
От меня.
Это озадачивает меня до смерти. Зачем ей это? Единственное, что я способен ей дать — это удовольствие.
— Частично, — говорю я в ответ на ее вопрос.
Ее плечи ссутуливаются, а прежняя яркость тускнеет.
— Почему не полностью?
Потому что ты назвала имя этого ублюдка во время того первого раза.
И она отказалась назвать мое ранее.
