Заметка для себя: уточнить, где Джон был вчера вечером.
Я достаю свой телефон, прокручиваю до фотографий ублюдка и показываю его им троим.
— Это он?
— Нет, — в унисон говорят Ларри и Дован.
Мне даже не нужно ждать ответа Стивена. Никакой вспышки узнавания не промелькнуло в их глазах, когда они увидели фотографию.
Если только они не высококвалифицированные убийцы или психопаты, прекрасно умеющие маскировать свои эмоции, то это невозможно скрыть.
— Что он велел тебе сделать? — спрашиваю я со спокойствием, которого не чувствую.
Ларри дважды сглатывает, затем трижды облизывает губы, прежде чем заговорить.
— Он указал на двух девушек в баре и сказал, чтобы мы их раздели. Ему было все равно, что мы сделаем с блондинкой, но мы должны были сделать так, чтобы сереброволосой было не по себе. Он сказал нам начать сразу, иначе она сбежит, а если она сбежит, мы не сможем получить все самое лучшее. После того, как мы завоюем ее доверие, мы смогли бы лапать ее или делать все, что захотим.
Кровь закипает в моих венах, и разрушительная энергия бурлит во мне, требуя освобождения.
— Все, что угодно, — повторяю я срывающимся голосом."
"— Мы не собирались ничего делать, — пролепетал Дован. — Я клянусь.
Мой взгляд переходит на Стивена.
— А как насчет тебя, ублюдок? Были ли у тебя какие-нибудь идеи после того, как ты получил зеленый свет на «все, что угодно»?
— Нет, — говорит он совершенно издевательским тоном.
— Я думаю, ты лжешь. Думаю, ты планировал залезть ей под кожу и получить к ней свободный доступ.
Он ведь сказал тебе эту фразу, не так ли? Ты слишком красива, чтобы прятаться. Возможно, он сказал, что ты должен использовать это, чтобы заморочить ей голову и сделать ее податливой. Но вот в чем дело, — я хватаю его за воротник и поднимаю на ноги. — Та девушка, которую ты трогал, принадлежит мне, а ты знаешь, что я делаю с теми, кто смотрит на то, что принадлежит мне, не говоря уже о том, чтобы причинить боль? Заставляю их желать смерти.
Глаза Стивена блестят от беспредельного страха впервые с тех пор, как мы ворвались в их квартиру.
Он знает, что облажался и связался не с тем человеком. С тем человеком, путь которого он никогда не должен был пересекать.
Если бы они только совершили ошибку, подойдя к ней в клубе, было бы достаточно удара и занесения в черный список клуба. Не то чтобы достаточно, но я бы заставил себя остановиться на этом.
