Думаешь, да? — его низкий тембр отдается в комнате и режет мне уши.
Я сосредотачиваюсь на нашем окружении, на моей «ботанической» комнате, как называет ее Реми, с книгами и постерами манги, покрывающими стены и потолок.
Снаружи до меня доносятся разговоры, смех и пение караоке, и я понимаю, что полувечеринка все еще продолжается.
Или это на самом деле сон, и я его наколдовала.
— Ты... Почему ты здесь? — я начинаю убирать руку из-под шорт, но он качает головой.
— Спрячься снова, и я уйду."
"Я сглатываю, поглаживая ладонью свои складки.
Выражение лица Джереми не меняется, будь то одобрение или недовольство, пока он тянется к резинке моих спальных шорт.
Моя свободная рука хватает его, ногти впиваются в вены на тыльной стороне.
— Отпусти, — приказывает он с легкой властностью. Такой, который проникает в мои уши и вливается в кровь.
Мои пальцы дрожат, и наступает моя очередь качать головой. Я заторможена и едва могу соображать, но я все еще помню те ужасные образы.
Те... картины потери контроля.
Но тут в фокус попадает Джереми, с его злобной манерой поведения и не классически красивым лицом.
Это дикая красота, такая же безжалостная, как и ее владелец.
— Я сказал. Отпусти. — Удар за его словами ударяет меня в мою вздымающуюся грудь.
Мои пальцы медленно отдергиваются. Они еще не совсем свободны, когда он стягивает с меня шорты.
Движение настолько неожиданное и сильное, что я задыхаюсь, или мне кажется, что задыхаюсь, но на самом деле нет, потому что моя реакция запаздывает.
Он отбрасывает шорты в сторону и вцепляется пальцами в пояс моих трусиков .
Я снова пытаюсь поймать его руку, но на этот раз одного взгляда достаточно, чтобы заставить меня остановиться.
— Тебе нужно бросить привычку не слушаться меня. — Он снимает нижнее белье, слегка разрывая его, прежде чем бросить к шортам. — Если я хочу, чтобы ты была голой, я тебя раздену.
Мой пульс подскакивает, и я не могу побороть смесь уязвимости и возбуждения, которые проносятся внутри меня.
Страха и предвкушения.
Неуверенности и решимости.
Я никогда не была в таком противоречивом состоянии, как в присутствии Джереми.
Как будто он способен открыть часть меня, о существовании которой я даже не подозревала. Или знала, но все равно пыталась сделать все возможное, чтобы загнать ее в рамки.
Его грубый взгляд открыто наблюдает, изучает и скользит по моей самой интимной части, которую я едва прикрываю рукой.
Затем он переводит взгляд на мое лицо.
— Продолжай. Покажи мне, как ты трогаешь себя.
