Хотел же увидеть, как там все теперь стало?
— Хотел… Хотел!!! — радостно вскричал Алекс Длиннобородый, некромант лохматой степени и истинный сын России!
— Дядя, а сказка?.. — с искренним детским огорчением спросил у меня один из зрителей утреннего сеанса, потянув за рукав.
Я посмотрел на него, и с моих уст сорвалась почти архитипичная русская фраза.
— Мальчик, ты не понял. Мы домой летим!
И, повернувшись к лестнице на второй этаж, звучно гаркнул:
— Р-рота, подъем!
Лёха у моего пояса аж закашлялся от неожиданности.
— Ох и голосина, у тебя иной раз прорывается, друг мой. Таким только «изыди!» в уборной кричать…
Ника выставила тарелку с сыром и жареными колбасками, по-быстрому протерла белоснежным полотенцем два стакана и, со стуком выставив их перед нами, плеснула в них водки из пузатой бутыли.
— Вот только лег — и снова ты! — раздался сонный голос Азры. — Что у нас опять случилось? И по какому поводу хлещешь с утра, за здравие или за упокой?..
— Пока не понятно, — хмыкнула Деметра себе под нос.
Я с укором посмотрел на нее и ответил:
— Полундра, брат мой. Час икс, которого мы все ждали, наступил. Так что хватайте самое ценное, запрягайте нечищеных лошадей и валите из города прочь как можно быстрей и как можно дальше! — ответил я, подавая стакан Демке.
Азра аж запнулся на ступеньке.
— Что? Уже?..
— Именно так. Так что тормоши всех, и чтобы через четверть часа здесь никого уже не было.
Азра мгновение помолчал, будто утрясая в голове внезапные новости. И, грохоча сапогами по деревянным ступеням, поспешил обратно наверх.
— А ну-ка все срочно проснулись, в штаны впрыгнули и на выход! — прокричал он, дубася кулачищем по закрытым дверям.
Мы с Деметрой проводили его глазами, кивнули друг другу, чокнулись и выпили.
Со второго этажа донесся топот и приглушенные голоса проснувшихся друзей.
Пошла веселуха.
— Ну что? Может, еще по одной? — спросил я у Демки.
Та кивнула.
— Да. Давай.
— Еще раз на посошок? — слабым голосом спросила Ника, пряча раскрасневшиеся глаза.
— Это чтобы точно уйти, что ли?..
— Нет, это уже для храбрости, — усмехнулся я. — Мы сейчас к Зевсу идем, энергию воровать. Так что не жопь напиток, плесни как следует!
Глава 24
Слабоумие и отвага
У Ники испуганно задрожали ресницы.
— Что?.. Ты собираешься… пойти к Зевсу⁈
— Говори потише, а то вдруг он раньше времени обрадуется, — ответил я, перехватывая у растерянной кошки бутыль. Щедро плеснул в оба стакана и поставил посудину на стойку.
