Это было непередаваемо! Я плавилась от нежности матери, склонившейся над колыбелькой сына и от трепетной ласки мужа, обнимающего беременную жену. Я радовалась за молодого парня, впервые обнимающего свою девушку и за школьницу, доверяющую дневнику свои сердечные тайны. Моя душа наполнялась восторгом от осознания того, что большинство людей на планете в той или иной мере принадлежат мне, нуждаются во мне, просят меня помочь.
Потихоньку я освоилась и с этой стороной жизни. Нет, я не помогала всем подряд обрести любовь.
Как мне ни хотелось помочь всем людям на свете, я понимала — это невозможно. Иногда я усиливала людские эмоции, иногда чуть приглушала. Я боялась сильно вмешиваться в их чувства, боялась напортачить. Потому как мое субъективное мнение могло быть ошибочно, и я еще слишком человек, чтобы кого-либо судить.
Но иногда, я поступала чисто инстинктивно. Так, как если бы я жила на земле и со мной происходили эти события."
"Однажды, только-только возвратившись с Земли (я делала еженедельный облет по своим любимым местам — Афины, Рим, Париж, Лондон, Москва, Гонконг) меня кольнуло неприятное чувство, какое-то тревожащее… Беспокойство и раздражительность где-то на границе сознания.
Далеко внизу… Неразделенная любовь. Первая, сильная, страстная… Я прислушалась к своим ощущениям. Молодой человек не мог выбрать. Ему нравились несколько девушек, с каждой из них он пару раз ходил на свидания, целовался, но так и не решил для себя, с кем будет встречаться… Первый курс, восемнадцать лет… Парень очень симпатичный.
Высокий, черноволосый, спортивного телосложения, гроза сердец всех девушек первого курса, да и только первого. Но на него я обратила внимание только на секунду. Меня привлек не он. А одна из его многочисленных девушек. Она действительно глубоко и искренне любила. Даже удивительно. В восемнадцать то лет. Но чувства были сильные, крепкие, навсегда. «Бывает же такое» — подумала я. Мельком просмотрела всю разношерстную компанию… Другие девушки не любили. Так, легкая увлеченность красавчиком, заинтересованность, возможно даже корыстная — парень был из хорошей семьи.
Значит, по-настоящему любит лишь одна. И я решила ей помочь. Я могла бы убрать эту едва родившуюся любовь из ее сердца, могла бы направить ее взор на другого парня, более ей подходящего, но решила — пусть ее первая любовь будет счастливой. И пусть она невзрачная скромная отличница из простой семьи, а он красавчик и спортсмен, сын бизнесмена, они обязательно будут вместе.
