— О! — выдохнула она и вопросительно посмотрела на Петра. — Так тем более не поняла, чего ты, Петр Яковлевич, тут сидишь?
— Дура! — он от возмущения дернулся вперёд, желая дотянуться до неё, но Дуняша отпрыгнула.
— Я умная! Все это говорят.
— Тебя обманули!
Дуня набрала воздуха, чтобы побойчее, да половчее ответить и… выдохнула. Вот обидится молодой Кошкин и прикажет выпороть её, и будет в своём праве. Он на верхней ступени боярства, а она на нижней.
— А что насчет протеза? — огорошила его девочка.
— Что?
— Ну, чего деревянную ногу не заказал сделать?
Парень пристально посмотрел на неё, а она, приметив опасные для себя огоньки разгорающейся злости, быстро начала объяснять:"
"— Вот пираты на ремешках пристегивают простую палку и хромают, — Дуня тут же изобразила походку, при которой одна нога не сгибается. — А если у них нет руки, то они пристегивают себе крюк! Представляешь, хватают этим крюком яблоко и хрумкают его, а потом противнику по горлу — кряк! — она резко махнула рукой со зверским видом и тут же изобразила хватающуюся за горло жертву, да так ловко и правдоподобно захрипела, что наблюдающий за ней дедов холоп Гришка побледнел.
— Ты точно ненормальная, — покосился на Дуню боярич. — В церковь ходишь? — с подозрением уточнил он.
Дуня сникла и вяло кивнула, но парень неожиданно захохотал:
— Я тебя вспомнил. Матушка рассказывала о тебе. Так это ты расписала её горницу? Надо будет попросить матушку, чтобы показала.
— А ты не видел? — воспряла Дуня. — Там такая красота!!! Красотища!
— М-да, скромности тебя забыли научить, — хмыкнул он.
Девочка нахохлилась, а потом широко улыбнулась:
— Сам себя не похвалишь, никто не похвалит, а я ребёнок и нуждаюсь в одобрении, чтобы правильно развиваться.
— Обалдеть! Кто тебе это сказал? — и вновь засмеялся.
— Так чего говорить, когда я давно заметила, что если меня хвалят, то вот здесь, — девочка приложила ладошки к груди, — становится тепло, и мне немедленно хочется сделать что-то хорошее и прекрасное, а когда ругают, то думаю, как бы… — Дуня осеклась, понимая, что начала лишнее болтать, а Петр усмехнулся:
— Так чего ты про ногу говорила?
Дуня начала объяснять про протез, костыли, кресло на колесах.
Они заспорили, обсуждая, что лучше и удобнее, а потом как-то быстро перешли к обговариванию деталей.
