Может быть, кому-нибудь и улыбнулась удача ответить письмом самому президенту.
Конфеты для нас прислала фабрика города Орска, говорят, это Южный Урал. Он у нас такой большой, что мне не стыдно не знать, где находится этот город. О Грозном раньше мы тоже ничего не знали и знать не хотели. Вплоть до первой войны.
На нашем участке относительно спокойно. «Духи» отступили на территорию консервного завода, иногда беспокоят нас минами. Мы обжились и довольно смело передвигаемся внутри наших позиций. Юра Казаков сдружился с контрактником Булатом Бембетовым и пропадает в первом взводе.
У меня посты и поручения ротного. Из друзей – все понемногу. Капитан даёт личного времени только на сон. Я уже привык к особенностям его характера и чувству юмора. Его откровения по поводу боевой подготовки солдат пропускаю мимо ушей. Это всё риторика. Этим должен был заниматься именно он, и ему кажется обидно, что этот шанс упущен. А теперь идёт война, и воюем, действуя по обстановке, а не руководствуясь знаниями.
Пёс по кличке Хаттаб окончательно прижился в третьем взводе.
Теперь он неотъемлемая его часть. Бегает на совещания вместе с Макеевым, гавкает на штабных и рычит при слове «чехи». Это обычная дворняга, но бойцы возятся с ним, как с элитным щенком. Шерсть чёрного цвета с белыми пятнами на брюхе, глаза большие и доверчивые. Когда смотришь в эти глаза, дразнить щенка уже не хочется. Он, наверное, тоже видел смерть своих близких. Берёшь его на руки и понимаешь, какой же он всё-таки худой. Хорошо хоть с хлебом проблем нет, правда, он несоленый.
Щенок всё равно грызёт его за милую душу.
Тошиба и Фикса тащат два добротных матраса. Парни уже успели сделать пару вылазок в частный сектор. Потом эту жизненно важную необходимость журналисты будут обзывать «мародёркой». Мы смеёмся с Ковалем, сидя на броне. Матрас Тошибы в два раза больше него. Он тащит его перед собой, схватив обеими руками. Со стороны это выглядит так, будто матрас идёт по дороге один.
В эфире тишина, и я переключаюсь на станцию «Европа Плюс».
Там снова изрядно надоевшая Земфира поёт про девочку то ли с плеером, то ли с веником. Никогда не любил русский рок с его депрессивными завываниями. Мы больше фанатели от рок-музыки солнечной Калифорнии, и нечто подобное пытались играть дома. Но Земфира, конечно, лучше, чем Киркоров, поэтому расслабляюсь, закрываю глаза и слушаю.
Время получать подарки. Парни толпятся у бетонной коробки ротного. Он вызывает к себе по одному. Солдаты выходят довольные, рот до ушей.
