Больная родина

У тебя имеется хоть какой-то план, пусть даже самый завалящий?

Центральную площадь Новодиева пересекала глубокая канава, вылезающая на проезжую часть и огороженная бетонными блоками. Рядом застыл экскаватор с задранным ковшом. На месте прорыва теплотрассы никого не было — выходной день.

На другом конце маленькой площади стояло трехэтажное бесцветное здание, в котором располагалась районная администрация. На первом этаже, согласно информации, полученной Сергеем от Ярослава Григорьевича, размещалась штаб-квартира организации «Возрождение и Порядок».

Перед зданием возвышался пустой постамент. Дедушку Ленина смыла волна «народной революции».

Перед входом стояли несколько машин — кто-то из чиновников сегодня трудился. Знакомый черный «Форд» был припаркован в числе прочих, что не могло не радовать. Гаевский прижал машину к бордюру недалеко от экскаватора. В компании двух подержанных «Жигулей» она ничем не выделялась.

— Работаем, — буркнул Сергей, подтягивая сумку.

— По правилам? — уточнил Гаевский.

— Конечно. Главное правило — не придерживаться никаких правил. — Сергей достал телефон, отыскал нужный номер, вызвал абонента и передал аппарат Гаевскому. — Держи, он сейчас ответит.

«А если не ответит? — возникла интересная мысль. — Будем брать здание штурмом?»

Но абонент отозвался.

— Коряка Остап Алексеевич? — с легким сипом спросил Гаевский, выпячивая южное произношение. — Сотник Иван Харчевник беспокоит, вы меня не знаете. Вас интересует некий российский диверсант по имени Сергей Гайдук? Я говорю с вами с его телефона.

 — Константин поморщился, отставил от уха мобильник, из которого ударил залп самой забористой ругани. — Ставлю вас в известность, что указанный диверсант был схвачен сегодня утром бойцами батальона территориальной обороны. Да, он живой и здоровый, не волнуйтесь. Мы понимаем, что вы хотите с ним поработать, и не против его передать. Но мне хотелось бы обговорить ряд условий, перед тем как заключить. — Он снова замолк.

Коряка грязно ругался. Сергей различал фразы: «Наше общее дело!», «Какие могут быть условия?»

Гаевский терпеливо дождался, пока отгремит словесная канонада, и заявил:

— Давайте без нервов, Остап Алексеевич. Поговорим, придем к обоюдному согласию. Я нахожусь перед зданием вашей администрации. Подходите к постаменту, перетрем нашу тему. Не волнуйтесь, много мы с вас не потребуем. Нет, мы с вами не знакомы. Я не знаю, почему вам так кажется. До встречи.