Конечно, это была воля семьи. Конечно, семье сопротивляться сложно. И я в ее семье послушным никогда не был. Не умею. Она часто просила меня не гнуть свою линию. Хотя бы на людях. Я пытался, но не очень успешно. Но я ждал, что она решится быть моей. И чувство потери, через которое меня пропустило, очень живое и настоящее. Оно ни хрена не выдумка.
— Обними меня.
Требует. Улыбается. Плачет.
— Я позвонила твоей матери, — чеканит она. — Нехорошо, да, ну и что! Я у нее спросила, где ты живешь. Вот такая я дрянь… Она разволновалась немного.
Будешь ругать?
— Не до этого.
— Я бы опять это сделала. Так хотела тебя увидеть. Хочешь — отругай, — она вскидывает на меня глаза. — Я сопротивляться не буду.
— Ты не маленькая. Сама себя отругай.
Она в сторону смотрит. Губы поджимает.
Неприятно, знаю.
— Я боялась, что ты трубку не возьмешь, — говорит она. — Поэтому не позвонила…
Она сгребает пальцами толстовку у меня на груди. Дышит громко. Смотрит снова упрямо.
— Поцелуй меня, — просит Динара.
Продолжая сжимать челюсть, я опускаю взгляд на ее губы…
Глава 31
Расул
Пассажиры московского поезда сносят меня встречным потоком к тому моменту, как я выбегаю на перрон.
— Извините…
Рашид, отец Дениса, отдал мне свою машину на сегодня, но задержался по делам, из-за этого я выехал из дома на десять минут позже.
Я в некотором роде привык зависеть от обстоятельств в этом своем круизе, но лишь потому, что питает понимание — это временно. Но сейчас, когда настроение у меня и без того с утра дерьмовое, возникшие неудобства вдвойне раздражают.
Пробираясь сквозь толпу, всматриваюсь в лица и тут же цепляюсь взглядом за знакомое.
Я вижу Полину прямо по курсу. Она идет навстречу в поредевшем потоке, и я притормаживаю. Она тоже меня видит. Улыбается и прибавляет скорости.
Моя кровь по старинке готова поменять направление с севера на юг. Этому тумблеру не дает переключиться только то, что я вышел из дома с четким пониманием, что должен делать.
Я должен все расставить на свои места. И хоть понимаю, что в данной ситуации существует только один возможный вариант, мое раздражение на пределе.
Чтобы его сдержать, я стискиваю зубы. Разделить настроение Полины я не в состоянии, но ей это и не нужно. Она сегодня работает за двоих, а я… просто наблюдаю…
— Привет… — Отпустив ручку чемодана, она обвивает руками мою шею.
Я вынужден обнять ее в ответ. Ее губы прижимаются к моим.
