Мы не могли равнодушно сидеть в стороне.
— Ты ее… знаешь? — аккуратно интересуется мама.
Не нужно гадать, чтобы понять, о ком она.
— Нет, не знаю, — шепчу хрипло. — И знать не хочу.
Моя ладонь сжимается крепче. Теплые и мягкие пальцы обхватывают мое запястье, подносят к губам. Мама оставляет на коже поцелуй. Открыв глаза, застаю ее в слезах.
— Ну, мам… — Невольно я и сама начинаю плакать. Сдержать эмоции не получается.
Мама прижимает меня к себе. Положив голову на плечо, все же плачу. Потому что мне больно.
Больно осознавать, что нас больше нет. А ещё больнее от мысли, что Миша посчитал меня гулящей и не принял собственного ребенка. Так хочется уехать отсюда как можно дальше! Не видеть знакомых лиц, не отвечать на вопросы, которые выворачивают меня наизнанку. Не знаю, на сколько меня хватит. Но пока я не могу покинуть этот город. Тут моя работа, мой дом, мои родные…
— Останься здесь, милая. Не уезжай. Я буду волноваться за тебя.
— Не стоит. Пройдет, мам.
— Но я все равно хочу быть рядом.
— Понимаю, но я, напротив, всегда хочу остаться одна.
— Отстранившись, я поднимаю на нее глаза.
— Хорошо, как скажешь. — Мама понимающе кивает. — А про малыша? То есть… Когда на обследование идти собираешься?
— На днях. — Я снова вытираю слезы и, забрав чашку с чаем, делаю глоток.
— Давай я поеду с тобой?
— Хорошо, мам… Я… посмотрим.
И опять получаю кивок. Мама не хочет давить, но в то же время я вижу, что она надеется, что я соглашусь. Прости, я сейчас в таком состоянии, что никого видеть не хочу.
Даже Олю, которая вообще не задаёт никаких вопросов. Лишь молча готовит, взглядом приглашая меня поесть.
Через час я всё-таки встаю и, попрощавшись с мамой, выхожу дома. Отец во дворе разговаривает по телефону. Услышав, как расходятся ворота, поворачиваюсь и вижу машину брата, которая заезжает в гараж.
— Уже уходишь? — Заметив меня, папа быстро прощается со своим собеседником и подходит ко мне.
— Да, мне пора.
Папа молча смотрит мне в глаза. Разглядывает покрасневшее и явно опухшее от слез лицо, а потом мягко дотрагивается до моей руки.
— Все будет хорошо, Саша. Ты достойна лучшего. И я уверен, что в твоей жизни появится человек, который будет любить тебя и ценить.
Нет, папа. Не будет. В ближайшие несколько лет — уж точно.
— Спасибо, пап. — Поблагодарив, прижимаюсь к нему и, положив голову на его плечо, дышу. Втягиваю в лёгкие исходящий от него запах табака, смешанный с парфюмом. — Спасибо, что не давите…
— Саш, — зовёт меня Егор.
