Большие дела

Ведь долг честного комсомольца состоит в том, чтобы препятствовать хищениям социалистической…

— Ближе к делу, Снежинский, — раздаются раздосадованные голоса из Галиного, надо полагать, актива. — Или ты пришёл тут комедию ломать?

Он крякает, озирается и, качнув головой, продолжает:

— В общем, я предлагаю послать в Тынду заведующего производственным сектором Владимира Кулисевича.

— Валерия, — поправляет Валерий, поднимаясь из-за стола.

Эдик смотрит на него так, будто говорит: «Ой, да какая разница? Что Владимир, что Валерий — один хрен».

А вот Валерий смотрит немного сконфуженно, пытаясь поймать взгляд Эдика и о чём-то ему просигналить. А ещё несколько человек наоборот, отводят от него глаза и не хотят быть замеченными.

Да только тот, обуреваемый красноречием не обращает внимания ни на своего кандидата, ни на заскучавшую группу поддержки.

— Посмотрите на Валерия, — бойко продолжает Снежинский. — Молодой, неженатый, энергичный, работа в его руках спорится. Вот, кому надо рельсы класть.

— Там рельсы класть не надо, — парирует Галя. — Надо будет в «Комсомольском прожекторе» работать, вообще-то. Может быть.

— Ну, это я так, условно, — кивает Снежинский. — Он мог бы и рельсы класть, и на медведя с рогатиной ходить. Тем более, он мне сам говорил, что хотел бы на БАМ поехать. Ну вот и шанс, Валера.

Валерий медленно и растерянно мотает головой.

— У меня невеста появилась, — виновато говорит он. — Я не смогу.

— Что? — осекается Эдуард и наконец-то обращает внимание на заскучавшего Кулисевича.

 — За один день? Меньше даже. Невеста?

— Мы заявление в ЗАГС подали. Беременная она.

— От кого? — тупо и скорее по инерции спрашивает порнограф Эдик.

— Присаживайтесь пока, — предлагаю я. — Итак, у Снежинского самоотвод.

Герой сегодняшнего бюро резко меняется и из напористого агитатора в мгновение ока превращается в бедную романтическую овечку с крупными выпуклыми глазами на мокром месте. Артист. Оскар по тебе плачет.

— Что значит самоотвод? — вскакивает крупнотелая хохотушка Аня Кузьмищева.

 — Ему товарищи доверие оказывают, а он что? Пренебрегает? Я считаю этот вопрос нужно обсудить со всем нашим коллективом. Мне кажется такое поведение недопустимо для комсомольца, тем более, члена бюро на ответственной должности. Подумаешь, отчислили из обкома! Так ты докажи делом свою полезность. Нет, так не делается, Эдуард. Да и довод для самоотвода, ненастоящий, высосанный из пальца.