Босс, я не нарочно! или Я убью тебя, Ломова!

Включили караоке. Первой на сцену поднялась Ксюша. Пела очень хорошо. Но попсу я не переношу на дух.

Ксюша эротично разевала рот, крутила попой и постоянно косила глазами в сторону Германа Юрьевича. Тот одобрительно улыбался. Или только делал вид?

Девушки потянулись к микрофону одна за другой. И мне казалось, все они хотят произвести впечатление на Соболева.

Я отошла к окну и потягивала коктейль, глядя в темноту. Снова пошел дождь. Тонкие струйки воды струились по стеклу.

Кто-то пел хорошо, кто-то не очень. Дамы бальзаковского возраста уже приняли достаточно на грудь и начали исполнять шлягеры их бурной юности.

Похоже, пора домой. Дальше будет просто скучно.

– Хочу попросить спеть Юлию Ломову, – микрофон не смог изменить знакомый баритон. Я едва не уронила бокал, вздрогнула и обернулась к сцене. – Услышал случайно, как она поет. Мне очень понравилось.

Герман стоял на сцене, держа в руке микрофон.

– Она еще и поет? – услышала я за спиной ироничный возглас.

Мне показалось, он принадлежал красавице Алине. Она уже успела отметиться с песней о большой любви, облаках и ветре. Что-то до приторности розовое и сладкое.

Не стала оглядываться, а прошла через толпу и поднялась на сцену.

– Спой ту песню, – негромко попросил Герман. – Про скитания в туманных мирах.

Он протянул мне микрофон. Я страшно смущалась. Сейчас меня ждет грандиозный провал.

– У меня не получится, – прошептала я.