"
"У этих соседей дом был тоже побольше и побогаче, чем в котором сейчас жила я. Во дворе даже устроены качели. И сейчас, в эти минуты, молодая женщина там развлекала пухленькую хорошенькую малышку. На девочке было светло-голубое ситцевое платьишко, а в светлых волосах небольшой бант из голубой атласной ленты. Рядом с качелями на траве валялся и потягивался крупный рыжий кот.
Примерно такую же картину я рассмотрела через окно в другом торце дома. Все вокруг было так пасторально и мило, что страхи мои немножко утихли.
Может быть, тут так и живут: без проблем, ссор и скандалов? Этакая полудеревенская вольница с добрыми соседями?
С первого этажа раздался голос Берты:
– Маленькая госпожа, обедать пора! Вы где есть-то?!
Я торопливо спустилась вниз, не желая привлекать внимание к своим розыскам. Тем более я и не смогла бы объяснить, что именно искала.
– Кушать садитесь, госпожа баронетта, – недовольно пробурчала сиделка. – Ишь какая! Только я на минутку отошла, сейчас давай лезть, куда не нужно…
– Берта, не ворчи, мне просто скучно сидеть без дела.
– Без дела – грех, – подтвердила сиделка, ставя передо мной миску с густой похлёбкой и небольшие пресные хлебцы, которые мне уже поднадоели. – Без дела – и Господь осудит! А вы бы, маленькая госпожа, добро свое перебрали. Всегда найдётся, что заштопать. Вот и дело вам будет! Или бы вот хоть молитвенник открыли! Тоже пользительное дело. А ходить, где не звали, не надобно! А сейчас кушайте.
– А где мой молитвенник, Берта?
– Так думаю, что в ваших сундуках и лежит.
Быть того не может, чтобы прислуга не положила к белью и одежде самое-то главное! Вон в углу комнаты дверь. После еды посмотрите. Оба ваши сундука там и стоят.
Сундуки я нашла и тщательно пересмотрела всё, что там есть. Действительно, нашла старенький молитвенник, рукописный и переплетённый потертой бархатной тканью, уже выцветшей и слегка облысевшей. Села с книгой у окна, рассматривая желтые плотные страницы.
Читать смогла, хоть и не слишком быстро: очень уж непривычно выглядели буквы.
Но если не задумываться особо, не всматриваться в строчки, разглядывая каждую завитушку, то вполне получалось. А вот цифры, разделяющие молитвы, почти обычные арабские, отличаются лишь мелкими деталями. Только не это главное…
Главное то, что оба сундука битком набиты вещами Эльзы. Там было свалено всё сразу. И шкатулка с простенькими украшениями, и теплые платья, и даже свернутая в рулон тяжелая зимняя накидка.
