– Зачем?! Ведь для принятия решения было ещё очень много времени!
- Вот и я сейчас думаю, зачем… - печально вздохнул барон. – Мне хотелось…
Похоже, барон и сам не мог сформулировать, что именно ему хотелось.
- Вы хотели отомстить, мой господин?
- Пожалуй, да. Только вот сейчас я думаю, что это был не совсем честный шаг с моей стороны. Однако не представляю, как это можно исправить. Прошение подано. При мне из архива принесли документ, где баронесса зафиксировала дату пропажи. Не знаю, Йенс… Теперь мне кажется, что я сотворил глупость, но что с этим делать… - Эрик раздражённо оттолкнул от себя чашку с остывающим взваром, и на белой скатерти медленно расплылось жёлтое пятно.
- Вы позволите дать вам совет, мой господин?
- Йенс, привыкай говорить правильно. Не «мой господин», а господин барон. Назад всё равно нет дороги, – кривовато улыбнулся хозяин. – А хорошему совету я буду рад.
- Я думаю, господин барон, вам стоит съездить к своей супруге и рассказать ей всё.
Эрик вскочил, нервно прошёлся по комнате и, остановившись возле пьющего чай Йенса, уточнил:
- Что всё?! Я должен рассказать ей о том, что я разозлился и натворил кучу глупостей? Ты действительно считаешь это хорошим советом?
- Да, господин барон, я считаю это хорошим советом.
Ваша жена умна, иначе не смогла бы занять такое положение. С такими людьми, господин барон, честность – лучшее, что можно придумать.
Эрик недовольно фыркнул и снова принялся бродить по комнате. Идея ему явно не нравилась, а Йенс молчал, не настаивая и не уговаривая.
***
Эльза вернулась из столицы в странно притихший дом. Днём дела занимали ее почти полностью, но вечерами становилось немного грустно: за прошедшие годы у неё сложились весьма дружеские отношения с герцогиней. Вернувшись, она с сожалением узнала, что герцогиня Элеонора фон Рогерд уже покинула герцогский замок и отбыла вместе с Ребеккой, своей дочерью, в собственные земли. По сути, Эльзе теперь даже пожаловаться на жизнь было некому.
И только некое злорадство, тешившее душу, поддерживало баронессу сейчас.
Вряд ли новоиспечённый герцог уже знает о её поездке и действиях, которые она предприняла. Даже маркиз фон Ланге не знал новостей. Иначе, хотя сегодня и был приёмный день, этот хлыщ не стремился попасть в “опасный” дом. Он побоялся бы гнева герцога. А молодой герцог явно будет злиться.
Было немного печально, что не с кем разделить вкус этой странной победы.
