Брачный приз

Молча опустил голову и поцеловал медовые локоны.

— Нет! — вскрикнула она, но Род понял, что она не противится, а просто потрясена тем, что мужчина может так ласкать женщину. Охваченный ликованием, он счастливо вздохнул. Господи, до чего ему повезло! Его женой станет сама невинность! Он будет ее первым мужчиной!

— Да, Розамонд, — пробормотал Роджер, легко подув на крутые завитки, чтобы подразнить и возбудить ее. — Я хочу вкусить твоей сладости.

Розамонд казалось, что все происходит во сне: на самом деле такого не бывает!

Но едва его губы коснулись ее, она вздрогнула от удовольствия, убедившись, что не грезит.

Бесстыдно разведя бедра, она выгнулась навстречу его жадному рту. И когда ощутила, что его язык скользнул внутрь, кружа вокруг враз затвердевшего бугорка, чуть не закричала. Она чувствовала жар огня в очаге, но язык Рода был более обжигающим, чем любое пламя.

Впервые она осознала, что может отдаваться ему, не даря сердца, и это стало для нее откровением. Она способна испытывать страсть без любви! Утонуть в ощущениях, которые он пробуждал в ней, и позволить ему раскрыть чувственные тайны, которые подарят наслаждение им обоим.

Они соединятся в браке. Все станет общим — имя, земли, замки, жизнь и постель, но Розамонд сумеет утаить частичку души.

Род старался быть крайне осторожным, проникая в нее языком. Он сохранит ей девственность по крайней мере до тех пор, пока не будет заключен брак. По древнему обычаю, на следующее утро после свадьбы простыню с брачной постели вывешивали на всеобщее обозрение, и горе невесте, если полотно окажется чистым! Он не хотел позорить Розамонд.

Пусть гордится и своим замужеством, и супругом!

Розамонд изогнулась в пламени экстаза и громко закричала. Роджер накрыл ее своим телом, впился в рот и сжал в объятиях.

— Я… чувствую свой вкус у тебя на губах, — потрясенно прошептала она.

Ее слова воспламенили его. Он хотел подмять ее под себя и погрузиться в медовый грот.. Его плоть напряглась так болезненно, что кровь застучала в висках. Род поднял Розамонд и понес к кровати, но едва она стала снимать с него камзол, послышался негромкий стук.

— Дьявол!

Кто посмел тревожить его?

Он прокрался к двери и прислушался. Раздался странный скребущий звук. Род выхватил кинжал и осторожно приоткрыл дверь. Чирк мгновенно ворвалась в комнату. Перед Родом возник Берк.

— Прибыл Гриффин с посланиями. Как только вы удалитесь в свою спальню, я пришлю его.

Де Лейберн кивнул и захлопнул дверь. Чирк виляла хвостиком.