— Надеюсь, ты не заставишь выбирать меня?
— Нет, я посоветуюсь с Каролиной.
— Вот и правильно, — согласился Колин. И тут, заметив у нее в руках засохшие цветы, вопросительно поднял брови. — Это что, новая мода?
Эмма повертела в руках букет и спросила:
— Ты знаком с леди Мэри Дакр?
Колин подумал.
— Одной из дочерей Морленда? Может быть, меня с ней и знакомили. — Он криво усмехнулся. — Скорее всего, знакомили. Дочь герцога наверняка была одной из основных маминых кандидатур. Но, я ее плохо помню."
"— Да? А я ее сегодня встретила, и она показалась мне не похожей на всех.
— В самом деле? Поэтому ты и принесла сюда засохшие розы?
Эмме было ясно, что Колин действительно не помнит девушку. Как она и предполагала, их роман был плодом воображения леди Мэри, подогретого вниманием матери Колина. Она колебалась, рассказать Колину о встрече с ней или нет, и, в конце концов, решила этого не делать.
— Я как раз собираюсь их выбросить, — сказала она.
— Что-нибудь случилось? — спросил Колин.
— Нет, ничего, — поспешно сказала Эмма.
— Не буду мешать тебе работать.
Она бросила взгляд на кипу бумаг, лежавшую перед Колином на столе.
— Это я привез из Треваллана, — сказал он в ответ на ее взгляд. — Я решил последовать твоему примеру и привести поместье в порядок. Я им слишком давно не занимался.
— А что ты собираешься там делать? — с любопытством спросила Эмма.
Колин вытащил из кипы бумаг план.
— Управляющий советует снести вот эти коттеджи и построить новые. У этих плохие фундаменты.
Эмма вгляделась в план.
— Если ты собираешься строить коттеджи заново, лучше сделать это в другом месте — вот в этой лощине. Там не так дует ветер, и в домах будет теплее. И цветы в садиках будут лучше расти. В лощине очень пышная растительность.
— Отличная мысль, — сказал Колин и сделал пометку на плане. — Я вижу, ты будешь мне помощницей в делах. Напомни мне, потом дать тебе все эти документы. Прочитаешь и скажешь мне свое мнение.
Он немного ее поддразнивал, но действительно собирался так сделать.
Эмма видела, что Колин и в самом деле уважает ее суждения. Это вызвало у нее удивление и гордость. Эмма не привыкла к тому, чтобы к ее мнению прислушивались. Уж наверняка эта семнадцатилетняя девчонка не способна сказать что-нибудь такое, что заинтересовало бы Колина!
— Когда нас сегодня ждут у Каролины? — спросил Колин.
— В семь.
— Как ты думаешь, этот их сорванец уже будет спать?
— Нехорошо так плохо отзываться о племяннике.
— Ты его еще плохо знаешь.
