Ферек заговорщицки посмотрел на нее, в ответ на что Эмма чуть не испепелила его взглядом.
— Клинтон сделает все, что нужно, — сказал Колин, неправильно истолковав ее взгляд.
— У мистера Клинтона сегодня выходной, — сказал Ферек таким тоном, словно более гнусной привычки, чем брать выходной, и представить себе было невозможно. — Я вот не беру выходных, милорд. — Он сложил руки на груди. — Мне и в голову не придет…
— Хорошо, Ферек, ступай, — перебила его Эмма. — Больше нам ничего не понадобится.
— Слушаю, госпожа.
А дров для камина принести не надо? Осталось очень мало.
— На сегодня хватит, — сказал Колин, бросив проницательный взгляд на Ферека.
Гигант поклонился.
— Хорошо, милорд, — сказал он и вышел.
— Это должно прекратиться, — сказал Колин, когда за Фереком закрылась дверь.
— Хорошо, я еще раз поговорю с ним, — нетерпеливо сказала Эмма."
"— Нет, говорить с ним бесполезно, — задумчиво сказал Колин. — Надо принять более строгие меры. Я не потерплю, чтобы он калечил моих лакеев.
— Какие меры?
— Я думаю, что закажу Клинтону… новый сюртук. С серебряными пуговицами.
Эмма невольно улыбнулась:
— Ферек лопнет от зависти.
— Вот именно. И поймет, что, несмотря на все его происки, Клинтон по-прежнему… у меня в чести.
— Я замечаю в вас тоже склонность к интриге, милорд.
— Есть немного. — Колин потянулся за графином. — Выпьем?
Эмма покачала головой, и он налил бренди себе.
— Так о чем ты хотела со мной поговорить?
— Почему ты скрыл от меня происшествие в клубе? — спросила Эмма, беря быка за рога.
— В клубе?
Но Эмма заметила, как он насторожился: Колин отлично знает, о чем идет речь.
— Говорят, ты кого-то чуть не задушил. При всех, в ресторане. И говорят, за то, что он каким-то образом оскорбил меня.
— Кто говорит? — спросил Колин тихим голосом, в котором звучала угроза.
— Почему ты мне об этом не рассказал?
— Не счел нужным.
Колин слегка отвернулся от нее. Он не очень-то гордился своей выходкой в клубе. И был возмущен, что кто-то рассказал о ней Эмме.
— Не счел нужным? Разве это не имело отношения к глупой сплетне, которую мы пытаемся пресечь?
— Я не хочу это обсуждать.
— А я хочу.
— Тебя это не касается! — отрезал Колин.
— Не касается?.. — Эмма так разозлилась, что не сразу нашлась что сказать. Кровь стучала у нее в висках. — Ясно, — наконец проговорила она. — Значит, мы вовсе не пытаемся вместе разрешить эту проблему.
— Эмма!
— А я-то вообразила, что у нас общие цели и интересы.
