Ферек никогда ее не слушался. И надо же ему было именно сейчас вспомнить одно из ее назиданий!
— Иногда — очень редко — случается, что закон бессилен, — сказала она.
Глаза Ферека расширились.
— Но вы же сами мне сказали, госпожа…
— Знаю. — Эмма внутренне содрогнулась. Но потом вспомнила про Колина, Робина и леди Мэри и заставила себя продолжать: — Это как раз такой случай. Закон мне помочь не может, и я обращаюсь к тебе.
Ферек весь раздулся от гордости.
— Вы хотите, чтобы я его убил, госпожа? — с надеждой спросил он.
Эмма до боли стиснула руки.
— Да, — прошептала она.
Ферек кивнул, И по его лицу расплылась довольная улыбка.
— Я вечером пойду к нему на квартиру и…
— Нет-нет. Я придумала план, как тебе это сделать, чтобы никто не узнал.
— Не узнали меня? — скептически спросил Ферек.
Хотя он жил в Англии уже несколько месяцев, на него все еще таращились на улицах.
— Да.
И Эмма принялась объяснять ему план, который вчера пришел ей в голову.
Когда она закончила, Ферек кивнул головой:
— Очень хороший план, госпожа.
Все должно получиться.
— Ты не видишь никаких… затруднений? Ферек медленно покачал головой.
— А после? Что ты…
Ферек махнул рукой:
— Не беспокойтесь, госпожа. Я обо всем позабочусь.
— Да, но…
— Я все устрою, — заверил ее Ферек. — Тут нет ничего трудного.
— Хорошо, — прошептала Эмма, чувствуя холод во всем теле. — Спасибо, Ферек.
— Не надо меня благодарить, госпожа, — сказал турок. — Моя жизнь принадлежит вам.
Он приложил руку к груди и низко поклонился.
«Ну вот, назад пути нет», — подумала Эмма.
Колин же провел день, распутывая нити прошлого Орсино. Он еще раз посетил государственное учреждение и вышел оттуда с весьма удовлетворенным видом. Он еще раз поговорил со своим новым приятелем из итальянского посольства. Он встретился с двумя мрачными на вид и похожими на боксеров мужчинами, которых ему рекомендовал мистер Смит, и договорился с ними об определенных услугах. Пообедав в клубе, он направился еще на одну, последнюю, встречу, запланированную им на этот день, и тут встретился с Робином Беллингемом, который шел в направлении парка.
— Не возражаешь, если я немного пройдусь с тобой? — спросил его Колин.
Робин согласился, хотя без особого восторга. Он побаивался своего зятя, особенно после недавнего инцидента у него в гостиной. Уэрхем был именно такой человек, каким хотел бы быть Робин, но, находясь в его обществе, Робин особенно остро ощущал, как ему до него далеко.
