— Мы совсем не подходим друг другу! Я не собираюсь связывать жизнь еще с одним игроком.
— Я же вернул вашему брату его расписки, — напомнил ей Колин. — И вообще не собирался требовать с него уплаты долга. И играть бы с ним не сел, если бы он не заявил, что сочтет мой отказ оскорблением…
— А мне вы не морочили голову? — воскликнула Эмма, задыхаясь от ярости. — Не угрожали взять с него деньги? Не обманули меня, чтобы затащить к себе в постель?
— Вы меня тоже обманули. Вы и словом не обмолвились, что замужем.
— Какое это имеет отношение к долгу Робина? С чего бы мне вам что-нибудь о себе рассказывать?
— А я считаю…
— Считайте, что хотите, но я за вас замуж не выйду.
Ничего более нелепого нельзя себе и представить. — После этих слов Эмма чуть не расплакалась.
Колин не должен видеть ее слез, надо бежать. Она бросилась из библиотеки и уже через минуту оказалась на улице. Скорее отсюда, от этого кошмара! Надо побыть одной и спокойно разобраться с разрывавшими ее противоречивыми чувствами. И дать возможность барону Сент-Моуру все обдумать.
Тогда он наверняка откажется от своего предложения…
Колин бросился за Эммой, но она уже успела вскочить в кабриолет, который тут же затерялся среди множества экипажей.
Уэрхем был взбешен: он понятия не имел, где ее теперь искать, ведь адреса Эммы он так и не узнал.
Глава 3
Два дня спустя Колин Уэрхем спустился к завтраку опять в прескверном настроении. Игнорируя встревоженные взгляды, которыми обменивались слуги, он с омерзением на лице отказался от предложенных ему сосисок и принялся крошить в тарелку хлеб с таким видом, словно ему доставляло наслаждение над ним глумиться.
Он скомкал и бросил на пол салфетку, и лакей обходил ее с такой осторожностью, словно в ней находилась взрывчатка. Колин так и не сумел узнать, где живет Эмма. Барбара Ремплинг этого не знала, не знали и завсегдатаи ее салона. Колин чувствовал настоятельную потребность поговорить с Эммой, ему казалось, что из его рук ускользает его единственная удача, но найти ее он не мог.
Черт знает что такое!"
"Когда он заметил, что рядом с его тарелкой нет обычно лежащей там газеты «Морнинг пост», он яростно потряс колокольчиком. Тут же появился Реддингс, его камердинер. Он молча положил перед Колином газету и стал наливать ему вторую чашку кофе. Колина заинтересовало столь необычное поведение камердинера.
— В газете сегодня прошло интересное сообщение, милорд, — наконец сдержанно произнес камердинер.
— Вот как? — Колин взглянул на первую страницу.
