А Тейдж, как нарочно, стоял так близко, что я чувствовала, как касается моих волос его дыхание. И от этого желание идти куда-то испарилось окончательно.
— Магистр, а почему Тактар сказал, что у вас «все запущено»? И о какой возможности вы говорили, когда Пинки нас прервала? А если ничего не получилось бы, вы согласились…
Я бормотала, почти не понимая, что говорю, не слыша собственно голоса, неотрывно глядя на склоняющегося ко мне мужчину, и сердце сладко замирало в предвкушении. Было немного страшно и очень волнительно.
— Не согласился бы, — улыбнулся Бастиан, и я судорожно сглотнула, когда большие теплые ладони легли мне на плечи, мягко сжали. — Никому и никогда не отдам ни одного твоего поцелуя. Все оставлю себе, сколько бы их не случилось. Я очень жадный.
— Правда? — слабо удивилась я.
— Угу. Ты даже не представляешь насколько. Невероятно. Ужасно. Буду упорно копить и ревниво охранять. Как положено дракону.
Губы Бастиана оказались совсем рядом — на расстоянии вдоха от моих, но мужчина не спешил, медлил, будто растягивая какое-то неведомое мне удовольствие, и я не выдержала.
— Вот вам первый… В вашу копилку, — шепнула тихонько. Качнулась вперед, неловко дотронулась губами до уголка его рта и тут же отпрянула.
Вернее попыталась. Потому что мне не дали этого сделать.
— Как-то это несправедливо… Я положил начало своей коллекции, а ты? Не желаешь собрать собственную? М-м-м, Лина? — протянул магистр удерживая меня в кольце рук. Твердо, но очень бережно.
— Не знаю…
— Попробуй, — меня подтянули поближе.
— Уверен, тебе понравится.
Магистр коснулся губами моего лба, глаз, рта — коротко и осторожно, приучая к своим ласкам. Помедлил, убрал прядку волос с моей щеки,
— Ящерка моя… Желанная…
От его голоса по телу побежали мурашки, а внизу живота разлилось тепло.
А Бастиан уже вновь потянулся к моим губам. Провел по ним языком — раз… другой, — мягко размыкая их. Чуть прикусил нижнюю губу. Восхитительно нежно, сладко, остро. Глаза закрылись сами собой, я застонала, позволяя его языку скользнуть внутрь, и в тот же миг губы Бастиана накрыли мои уже совсем по-другому.
Неистово, жадно…
Наши языки встретились, и изнутри меня навстречу магистру, его страсти и алчной жажде рванулось обжигающее пламя, скручиваясь тугой спиралью. Новые странные желания, обрушились, как снежная лавина, грозя накрыть с головой, захлестнуть, раздавить. И я невольно отшатнулась, разрывая поцелуй.
— Лина… — Тейдж удержал меня, прижимая к своему плечу. Тяжело перевел дыхание.
