Брак по принуждению, или расплата за грехи отца

Только бы успеть выбраться… Распахнула окно и…

Мужские пальцы сомкнулись на моей лодыжке и потянули меня назад! Я вскрикнула, отчаянно отбиваясь ногами. Один из ударов попал в цель, и амбал выругался. А в следующее мгновение он схватил меня за волосы, запрокинул мне голову, спустил обратно на пол и заставил встать на колени.

— Сука! Я убью тебя! — прорычал он яростно.

Но я сделала это первой.

Навела пистолет на амбала и выстрелила ему в колено.

Оглушающий выстрел и дикий крик мужчины меня оглушили. В ушах громко зазвенело.

Первый этаж, но я всё равно упала и подвернула ногу, а ещё, я упала в заросли из крапивы.

Подвывая, я встала на обе ноги и, прижимая к себе пистолет, сильно хромая, добежала и спряталась в какой-то пристройке. И очень вовремя. Мои охранники меня уже искали.

Нас привели в гостиную, где я увидел своего друга Фила, на которого думал, что он предал меня.

Фил сидел в кожаном вращающемся кресле, обмотанный скотчем, избитый, весь в кровоподтёках и усталостью во взгляде серых глаз.

— Фил… — произнёс я вслух, шокированный видом своего старого приятеля. — Какого хрена?

— Встреча старых друзей. Как это мило, правда, Булат?

Я не сразу увидел новое действующее лицо.

Мужчина сидел спиной к нам, в высоком кресле возле камина и курил.

Голос его я узнал моментально.

Тимофей поднялся с кресла и предстал пред нами во всей своей гнилой красе.

Смазливый, слащавый, больше похожий на бабу, нежели на мужчину, — это был мой двоюродный брат, Тимофей.

— Булат, в твоём доме прослушки стоят… и крыса Завьяловская завелась… — прохрипел Фил и сплюнул кровавую слюну.

Завьялов довольно хохотнул и произнёс:

— Взял и все мои карты раньше времени раскрыл. Коля, нашему «дружелюбному» хозяину снова нужно преподать урок.

Коля, похожий на бегемота, врезал Филу по животу.

Девчонки вскрикнули и сильнее прижались к отцу.

Фил захрипел и застонал.

Я ощутил поднимающуюся в душе яростную злость.

— И кто же твоё протеже в моём доме, Георг? — ядовито поинтересовался у этого конченного урода.

— Это Регина, — довольный собой, произнёс за Завьялова Тимофей. — Она с удовольствием сливала про тебя всю доступную ей информацию. И прослушки по приказу Георга поставила. Так что, дорой мой брат…

Тимофей рассмеялся, будто только что рассказал, ну просто охреннено какой смешной анекдот.

— Я не позволял тебе называть имя, — сказал Завьялов. Его голос — металл, а взгляд настоящий лёд.