Брак по расчету, или Счастье для кимтарцев

С опаской выйдя из ванной, я обнаружила, что в комнате нет никого, и страхи не поджидают меня у дверей, готовясь напасть и покусать за голые ступни.

Спустившись, я еще несколько раз глубоко вздохнула, убеждая себя выйти и присоединиться к ужину, на который меня пригласили. Ступая босыми ногами по ступеням, я внимала звукам тихого дома и голосам в отдалении.

Следуя подсказанному маршруту, я безошибочно нашла кухню, у которой вместо дверей была только арка, из-за чего я невольно подслушала часть мужского разговора.

— Я переживаю, Крис. Нанеки такая… хрупкая.

— Заткнись, Лиам. Без твоих мыслей тошно. Входи, юная госпожа, мы с нетерпением тебя ждем!

Поняв, что скрыться у меня не вышло, я появилась в проходе, стараясь не встречаться с мужчинами взглядом.

Туман и Эвердин сидели у высокого стола на высоких кованых стульях, которые им, с их исключительным ростом, были просто необходимы. Тот, что напугал меня до некрасивой истерики, стоял рядом. В его руках был деревянный салатник, доверху наполненный свежими овощами, заботливо нарезанными на маленькие ломтики.

— Нанеки, — прошептал он, отставил свою ношу и рухнул на колени, прижимаясь лбом к полу. — Простите меня! Я сожалею, что напугал вас, и прошу не сердиться! Приму любое наказание, которое вы сочтете нужным.

Заставляя меня втянуть голову в плечи, зеленоглазый мужчина продолжал лежать, склонившись передо мной в смиренной позе.

— Подымись. Она не планирует тебя наказывать, более того, сама хотела извиниться, пока ты не упал, — ворчливо сказал Эвердин, пересказывая мои мысли.

Быстро, но с опаской поднявшись, мужчина смиренно отступил на несколько шагов назад, жестом приглашая меня за стол.

— Прошу, присаживайтесь, нанеки. Позвольте хотя бы ужином искупить свою вину.

— Прошу, госпожа, — вновь недовольным тоном обратился ко мне Эвердин. — Присядь, а не то он сейчас пойдет кончать свою жизнь самоубийством от горя.

Демонстративно выдвинув стул рядом с собой, мужчина отвернулся, стараясь даже не смотреть в мою сторону.

Я почувствовала себя дикой ланью, которую боятся спугнуть случайным движением, но все же приблизилась и с трудом забралась на высокий стул, мысленно предупредив Эвердина, чтобы не смел мне помогать.

— Еще раз прошу меня простить, — глухо и не поднимая головы, произнес зеленоглазый и чуть ли не броском пододвинул ко мне тарелку. Тактично и издалека.

— Я не держу на вас зла и, как уже сказал Эвердин, сама хотела бы принести извинения.