Стоит скосить глаза, как натыкаюсь на затаенный взгляд Карины Калининой.
Спрятав подбородок под воротником куртки, она наблюдает за мной почти без стеснения. Она близка к тому, чтобы прожечь на моем лице дыру, но я больше пальцем ее не трону, до тех пор, пока не решу свои проблемы.
Как только дотронусь, член опять вытянет из башки всю кровь, и я опять перестану соображать.
Лучше мне вообще к ней не прикасаться.
Касаться ее — это как жрать конфеты и заедать их острым перцем.
Я в полном дерьме.
По самые уши.
После снегопада двор ее дома выглядит, как перепаханное поле. Колеса моей машины в буквальном смысле прокладывают дорогу для будущих поколений.
Когда торможу у подъезда номер три, глушу мотор, оставляя включенным зажигание, чтобы тихая музыка из динамиков немного разбавила молчанку, в которой мы играем всю дорогу.
Прикрываю глаза и откидываю голову на спинку кресла.
Мне нужна минута, чтобы еще немного подумать, но пока в машине присутствует мой раздражитель, думать почти нереально.
Я пропах ею с ног до головы, хотя мы даже не раздевались. Может, мне это кажется, но в носу, кроме ее запахов, других нет. Запах ее волос, кожи, губ.
Она не задает мне вопросов, и это хорошо.
С ручного управления на автопилот я перешел с той минуты, когда снял трубку и услышал ее голос. Я чуть не выпрыгнул из штанов. Ее из мозгов даже керосином не вымыть.
Я больше не хочу пытаться. Я все отправил в задницу.
Возможно, я просто не могу провести с ней наедине больше часа и не коснуться.
Просто, твою мать, не могу.
— Мне нужно идти… — бормочет. — Иначе мама начнет меня искать…
Сказав это, она отстегивает ремень, но не двигается с места.
— Послезавтра я буду одна дома… — слышу торопливые слова. — С двух дня и… до вечера…
Кровь новой волной омывает мой член.
Глубоко вдыхаю, прежде чем повернуть голову.
Ее глаза огромные, и них напряжение. В свете подъездного фонаря, цвет этих глаз даже приблизительно не тот, что я знаю.
Но эти огромные зелёные глазищи меня, твою мать, угробят.
Если бы нам нужно было место, чтобы заняться сексом, я бы сам нашел его для нас. Ее стеснение намекает мне на то, что именно секс она и предлагает, зовя меня “в гости”. И делать это ей явно не в кайф, потому что она отводит глаза.
Несмотря на частичное отсутствие кровообращения в голове, я все еще помню о том, что у меня есть девушка, которая мне доверяет. Это то, о чем я думаю всю дорогу.
