Втягиваю в свой рот. Сосу. Слышу стон и шумный вдох через нос. Захватываю губами припухшую нижнюю губу и вбираю в себя. Острые коготки царапают мою шею.
Усилием воли отдираю ее от себя.
Когда заглядываю в ее глаза, они совершенно плывут.
С шипением выпускаю из легких воздух и лбом касаюсь ее виска.
Ее ладонь бродит по моему бедру, груди. Не особо смело. Я должен сказать, что она может быть смелее. Она может залезть мне в штаны, если захочет. Я уже не против любой ее активности. Я больше нихрена не контролирую.
— Ты очень утомительная, — бормочу.
Ее дыхание тихое и прерывистое.
— Ты это уже говорил… — шепчет.
— Говорил.
— Тогда, что я тут делаю?
— Сам не знаю…
— Это не комплимент, — дергается, пытаясь вырваться.
Ослабляю руку, которой сжимал ее затылок, но не даю отстраниться, перехватив пальцами подбородок.
— Я не собираюсь ничего отматывать, — проговариваю по слогам. — Но мне нужно время.
Пару секунд ее глаза кружат по моему лицу. Вижу, как она сглатывает слюну.
— Мы не будем видеться… — спрашивает.
— Все это… “время”?
— Нет, — отвечаю я.
Я был бы последним уродом, если бы лишил ее девственности, находясь в отношениях с девушкой, которая мне доверяет. Но, когда произношу это слово, чувствую, блять, протест в душе.
Кивнув, Карина вырывает подбородок из моих пальцев и вяло говорит:
— Тогда, пока…
Скользнув по мне взглядом, отворачивается и выбирается из машины.
Ее куртка расстегнута, волосы в беспорядке разбросаны по плечам, и это моих рук дело.
Я не шевелюсь даже тогда, когда за ней закрывается подъездная дверь.
Всего пять дней. И она, твою мать, моя.
Глава 29
Карина
Я: “Ты в курсе, что моя машина будет стоять во дворе, где могут снять колеса даже с заводскими дисками?!”.
Денис: “Поэтому тебе поставили новую сигнализацию”.
— Ненормальный! — рычу, расхаживая вдоль своего “пежо”.
У моей машины новые колеса и новые колесные диски. Эти диски литые и безумно броские. Такие, каких не найдешь на полке в первом попавшемся автомагазине, и даже во втором, третьем и четвертом.
Судя по чеку, который мне выдали вместе с другими документами, они стоят дороже моей машины!
Я не знаю чего во мне больше: злости, беспомощности или желания на него наорать.
Я не уверена в том, что когда-нибудь в жизни он позволял на себя орать. Не уверена, что на свете существует второй человек, который может вывести меня из себя щелчком пальцев.
И превратить в пылающий стог сена одним касанием.
Гоню эти мысли из своей головы.
