Брат, стреляй первым!

Они стояли в одной куче и виновато смотрели на него.

— Ну, вы мне за это ответите! — рыкнул на них Бермуд.

Он подскочил к самому ближнему и с размаху ударил его кулаком в нос. Хлынула кровянка.

— Да мы в «тачке» сидели… А тут это, «восьмерка»…

— Значит, «восьмерка»…

— Мы и врубиться не успели, как эти трое загнулись… Мужик профи, враз всех сделал…

— Я всех вас сейчас сделаю! — рычал Бермуд. — В одну дырку!.. Номера запомнили?

— Да нет, там все грязью замазано…

— Почему не догоняли?..

— Да и нам досталось. В колесо мужик пулю загнал…

— Лучше бы он вам в мозги ее загнал!.

.

— Ты бы, братуха, в кабачок зашел, — посоветовал Бермуду Черпак. — А то вернется Ник…

— Кто?! — вскинулся Бермуд. — Какой Ник?

— А у нас только один Ник…

Бермуд велел всем расфасоваться по машинам и перекочевать в другой ресторан. Здесь оставаться нельзя. В любой момент нагрянут менты.

Минут через двадцать в другом ресторане он давал установку:

— Короче, бросаем все. Переключаемся на Ника всей толпой… Кровь из носу, но найти этого урода…

И чтобы не откладывать дело в долгий ящик, Бермуд разбил всю команду на части.

И каждой группе дал свою задачу. Он предусмотрел, казалось, все. При любом раскладе Ника должны были взять самое большее через три дня…

А саквояж стоял в ногах Бермуда. Не до бабок сейчас…

Два навороченных джипа «Чероки» въехали во двор почти одновременно. И остановились возле одного и того же подъезда. Только подъехали к нему с разных сторон. Из каждой машины вышли по четыре крепыша, явно не входящих в категорию номенклатурной элиты, для которой когда-то отгрохали этот дом.

Два бритых крепыша в кожанках и широких джинсах встали возле дверей. Остальные шестеро бесцеремонно вломились в подъезд, на входе в который сидела консьержка.

— Сделали бабку, — сообщил один крепыш другому. Тот стоял на входе в подъезд и лениво осматривал двор. Больше всего его интересовала белая «восьмерка».

Но такой нигде не было.

— А чо такое? Замочили?..

— Чо, дурень, в натуре? Она ж бабка, божий одуванчик… Баллончиком брызнули, и все дела…

— Да хрен его знает…

— Эй, слушай, тут чо, типа, педики живут? К подъезду подходило что-то.

Не мужчина. Не женщина. А именно что-то. Юбка по колено, туфли на коротком каблуке, кричащая куртка по пояс. Лицо явно мужского происхождения нещадно размалевано. Румяна на щеках, под глазами тени, губы накрашены. На голове парик.

Это чудо подходило к браткам.

— Куда прешь, педрила? — перегородил ему путь первый крепыш.

Оно остановилось.