Брат, стреляй первым!

И полуженским-полумужским голосом пояснило:

— Прежде всего вы должны знать, что я не гомосексуалист. Я — трансвестит…

— Чего оно там несет? — у второго спросил первый крепыш.

— Да свистит он, типа, куда-то…

— Молодые люди, я очень спешу, вы должны меня пропустить, — не унималось оно.

— Куда пропустить? По кругу, что ли?..

— Я еще раз объясняю вам, я не гомосексуалист. И с мужчинами контактов не имею. Я транс-вес-тит…

— Вот, козел, снова звездит… — продолжали прикалываться братки.

Ни тот, ни другой даже не подумали сойти с места.

Но между ними все же оставался проем, в который при желании можно было запросто прошмыгнуть.

— Я еще раз повторяю, я очень спешу! — категоричным тоном заявило оно.

И вдруг резко рвануло вперед. Братки опомнились, когда чудо оказалось за их спинами.

— А ну стой, педик недогребанный! — ринулся за трансвеститом первый браток.

Чудо остановилось само. Возле столика, за которым мирно дремала усыпленная старушка.

— Ребята, вы очень некачественно выражаетесь! — манерно протянул трансвестит, разворачиваясь к браткам.

 — Вам кто-нибудь об этом говорил?

Так и не узнало чудо, как с ним собирался поступить браток. Пистолет с глушителем появился в его руке как бы сам собой. Пуля попала крепышу в рот. Он захлебнулся болью, кровью и собственными мерзкими словами.

Второй тоже открыл рот — от удивления и страха. Но пуля прошла чуть выше, образовала отверстие в области переносицы.

Никита — а в этом странном наряде был он — не стал дожидаться, пока оба трупа аккуратно уложатся на пол.

Он направился к лифту. Створки разомкнулись сразу с нажатием кнопки. Повезло.

Лифт остановился на пятом этаже. Никита спустился на четвертый этаж, на лестничной площадке там громоздились три крепыша в кожанках и с цепями.

— Мать, ты что, не понимаешь? — грохотал один. — Твоего сына убили. Здесь он лежит. Забрать надо…

— Не, ну ты чо, старая, в натуре! — настаивал другой. — Выйди, глянь…

Но напрасно они провоцировали мать Никиты. Та стояла по другую сторону мощной пуленепробиваемой двери.

И не собиралась открывать бандитам. Она не реагировала на провокации. Потому что обо всем уже была предупреждена.

Все три качка стояли к Никите спиной. Ужасная неосторожность.

Видно, не вписана в анналы черняевской братвы история о том, как Никита с Вованом повязали нескольких уродов, которые пришли к нему домой, чтобы забрать с собой его родителей. История повторяется.

Один крепыш все же обернулся на звук легких шагов. Но было уже поздно.