»"
"– Твой араб – конченый дурак! Есть «капуста» – имеешь все, что пожелаешь. В этом и есть счастье! – завистливо разглядывая заграничную этикетку американского виски, высказался Серый.
– Не в деньгах, братцы, счастье! – кисло улыбнулся Жора Артист. – Покой и воля...
Его глаза наполнились слезами. Непослушной тяжелой рукой он взял гитару. Сначала его баритон звучал тихо и тоскующе, но затем, все более распаляясь, Жора запел с настоящим надрывом.
«Под Высоцкого подделывается», – решил я.
...Сижу на нарах, как король на именинах,
И пайку черного мечтаю получить,
Гляжу, гляжу в окно, теперь мне все, равно –
Решил я факел своей жизни потушить!.
.
– Кончай гнать, Жора! Вчера мы сработали чисто! – сказал Дантист. – Или, может, хвостов просто нахватал в институте?
– Всего-то один. Лажа! – устало отложил семиструнный инструмент Артист. – И к чему, спрашивается, я вообще туда поступил? Все одно хирург из меня не выйдет, а быть заштатным терапевтом – не цель моих мечтаний!
– Так отчислись, и все дела! Генрих же бросил юридический – и ничего, – посоветовал Серый.
-Не выгорит. Характера не хватит, – вяло махнул рукой Жора. – Привык плыть по течению. Видно, придется волочь свой крест. Ну, да и черт с ним!
Назад ехали в обратном порядке. Артист с Серым, а я с Дантистом – нам оказалось по пути.
– Гуд бай! – крикнул Жора, перекрывая рев мотора, на развилке дорог и свернул налево.
«Налево пойдешь – богатство найдешь; направо пойдешь – любовь найдешь, прямо пойдешь – смерть найдешь», – почему-то вспомнилась мне надпись на валуне древней русской сказки.
Мне стало весело: «Не знаю, как насчет право-лево, а прямо – верная смерть – девятиэтажка стоит. На скорости вмиг расшибешься!» – подумал я, катя по правой дороге.
Вспомнилась Тамара.
– Хорошо бы предсказание о правой сбылось!
– Что ты сказал? – не понял Дантист,
– Ничего! Проехали! – засмеялся я и дал полный газ.
– Тормозни здесь, – попросил попутчик через некоторое время. – Ну, бывай, Джонни! Завтра по новой играть придешь?
– Непременно!
– Не советую.
.. Повадился кувшин по воду ходить... Ну, как знаешь. Хозяин – барин.
– Да, а почему у брательника Артиста заграничное имя?
– В натуре-то он Геннадий. Просто ему в кайф, когда его Генрихом зовут. Ничего парняга. Но не пофартило ему в жизни. Если б не турнули с третьего курса, сейчас юристом бы зажигал, а не баранку крутил!
– А что так?
– Точно не знаю. Какая-то история с однокурсницей... Кажется, даже уголовное дело завели.
