Бремя колокольчиков (СИ)

   -  Давай свечку ему в руку вставим!

   -  Ну и что? Скажем, что как хозяин дома, глава, так скть, он должен быть со свечкой в руке...

Пьяный звукорежиссер лежал ровно на спине, руки были ниже живота. Когда Таня впихнула почти ничего не соображающему мужу свечку в руки, батюшка засомневался.

   -  Не, давай вынем, а то это смотрится... как будто у него в штанах встало и ещё горит... Глядя на это, я просто молитвы от смеха читать не смогу...

Виталик уснул. Отец Глеб с Таней пошли на кухню отметить.

   -  Слушай, Тань, а давай завтра скажем, что я его покрестил? Он же всё равно ни фига не вспомнит.

   -  Давай! А что мне ему рассказать? Как всё должно происходить?

   -  Скажи, что от сатаны отрекался, плевал, что крестик ему купить надо.

Наутро, понятно, жертва обмана встала в состоянии тяжелейшем.

Наливая мужу стаканчик айрана, Таня невзначай так и говорит:

   -  Ну что, поздравляю!

   -  С чем, с похмельем?

   -  Виталь, ты что не помнишь? Тебя же батюшка окрестил вчера!

   -  Ребят, вы чё? - ещё больше побледнел несчастный, - ты шутишь, да?

   -  Какие шутки! Ты ж сам согласился! Свечку, помнишь, держал? А как на сатану плевал! Тебя ж остановить не моги! Отец Глеб говорит: «И дунь, и плюнь на него!» Ты и давай плеваться в разные стороны, мы уж подумали, что у тебя того.

Таня - прекрасная профессиональная актриса, и не поверить ей было невозможно.

   -  Что, батя, улучил момент, да?!

   -  Это ж для твоей же пользы, - ответствовал священник, с трудом сдерживая клокочущее внутри гоготание.

К обеду Таня раскололась...

А ещё через пару лет Виталик с Таней поехали в монастырь, где служил её сокурсник по театральному училищу, и там Виталий крестился совершенно добровольно. Тогда же он решил совсем завязать с алкоголем.

   -  Ох... Господь и Бог наш Иисус Христос... - начал читать разрешительную молитву отец Глеб. Он был искренне удивлён и не находил, что ещё сказать.

Этого прихожанина он хорошо знал и любил. Ещё в 80-е, будучи выездным учёным, Валерий Павлович нелегально привозил из-за рубежа духовную литературу. У него отец Глеб брал те, ещё западные, издания митрополита Антония Блума.

От кого уж, а от Валерия Павловича, отец Глеб никак не ждал такой дикости в понимании телесного поста.

В алтарь он пришёл с явно пришибленным видом. Отец Вячеслав был в приподнятом настроении.