А московские законники ему не указ, и если у них возникнет желание пообщаться с ним, пусть сами напрашиваются на встречу. Он, конечно, не откажет…
Сейчас ему меньше всего хотелось думать о делах. Его ждали жена, сестра. И мама здесь. Вот они выходят из дома, идут к нему, любви у него хватит на них всех. И обнимет он их всех разом, широта души позволяет…
Радость встречи, слезы ликования – все это здорово. Но Спартаку нужно помыться с дороги. Душ он принимал сегодня утром, в лагерном лазарете, но все это не то. Тем более что Юля натопила баньку, и чистое белье уже там.
И даже веник распарен. Так что нужно спешить…
Баня у него большая, с мраморным бассейном. И в парилке температура под сто градусов, хотя можно было поднять и выше. Но Спартаку здесь на выносливость соревноваться не с кем, ему больше ста и не нужно. Да и Юля не сторонница критических температур. А она в парилку вошла вместе с ним. Он лег на лавку, она взяла веник…
Худенькая она у него, даже хрупкая, но удар отменный. Он просит погорячей, и веник все сильней хлещет по спине.
Кайф!
Потом на полок легла она, на живот. Талия у нее такая тонкая, что гузка кажется очень выпуклой. И жутко аппетитной. А как соблазнительно содрогаются булочки, когда он шлепает по ним веником! И настроение поднялось выше ста градусов…
Юля уже поняла, что у него на уме.
– Возьми меня на руки, вынеси отсюда, – не поднимая головы, с блуждающей улыбкой просит она.
Жарко в парилке, душно, и не получит она того удовольствия, которого так долго ждала.
В бассейне вода холодная, но есть еще купальня из дубовых досок.
Там тепло и чисто. А легкая как пушинка Юля и вовсе, казалось, потеряла вес. Он чувствует только горячее дыхание ее души, жар тела, невыносимо приятную тесноту ее объятий…"
"Когда-то он не воспринимал ее всерьез, считал не очень симпатичной внешне. Но всегда она была для него милой, душевной, и чувство нежности к ней захватывало дух. И все-таки он ее бросил ради другой. Сама жизнь расставила все по местам, в конце концов он понял, что Юля для него самая лучшая женщина, вернулся к ней.
И с тех пор они вместе.
Не сказать, что все это время он был верен ей. Был грех, случались у него женщины помимо нее, но редко и без души. Но в одном он чист перед ней: в неволе у него точно никого не было. Хотя возможность имелась. С его влиянием и деньгами он мог заказывать элитных девочек хоть каждую неделю. Но он хранил верность жене, и это его нисколько не напрягало.
И сейчас ему нужна только Юля. Они снова вместе.
