– Кто, менты? – догадался Клинч.
– Да, сотрудники милиции… Они сказали, что разберутся с Карпом. Вот, разобрались… Теперь я не должен никому. Им должен, а вам – нет…
– Ты кого лечишь, баклан? – оскалился бандит. – Этих твоих ментов уху есть послали. Арбалет это сделал. И Базальт. Или ты думал, что я не в курсах?..
– Ну-у…
– Гну! Я таких клоунов, как ты, пачками наклоняю. А потом во всех позах имею. И тебя поимею… Короче, тридцать процентов с тебя, и живи спокойно. И офис твой гореть не будет…
– Тридцать процентов?! Это грабеж!
– Ничего не знаю.
– Но сейчас так много не берут. Карп, и тот брал с меня всего десять процентов. И то я считал, что это много…
– Теперь считай, что тридцать процентов – много, – глумливо хохотнул Клинч. – Что десять, что тридцать – одна беда, да?
– Я не потяну тридцать процентов! – схватился за голову Ираклий. – Я разорюсь! А если я разорюсь, то вообще не смогу платить… Мне лучше обратиться в милицию, чем платить вам такие деньги. Есть РУБОП, есть СОБР. У меня просто не будет другого выхода…
– Слышал про «Евроаз-финанс»? – свирепо спросил Клинч.
– Э-э… Слышал, да…
– Что с Ивашовым случилось, знаешь?
– Ну, убили его…
В Москве убивали чуть ли не каждый день, и Валерьев просто не в состоянии был отслеживать события, если бы даже задался такой целью. Но Ивашова он знал лично, через его банк он прокручивал черный нал, без которого в шоу-бизнесе не обойтись. Поэтому он был в курсе, что произошло с Ивашовым.
– А почему его убили?
– Не знаю.
– А потому, что он платить нам не хотел.
Ментов на нас натравил. Тоже думал, что менты его защитят… Ну, и где он, а где я?
– Вы его убили? – ужаснулся Валерьев.
– Может, тебе еще чистосердечное признание написать? – ощерился Клинч. – Короче, назначаю тебе тридцать процентов. И полный аудит.
– Помилуйте. Давайте хотя бы пятнадцать!
– Тридцать. А обратишься к ментам, отправишься за Ивашовым. Ты меня понял?
– Да… Только тридцать я не потяну…
– Тогда ты отправишься за Ивашовым прямо сейчас…"
"Клинч подал знак, и один из его упырей выдернул из-под куртки пистолет.
Внизу живота у Ираклия вдруг развязался какой-то узелок, в штанах сначала стало холодно, а затем – тепло и мокро.
Впрочем, выстрелить бандит не успел. За спиной у него вдруг открылась дверь, и в кабинет вошли громоздкие люди в строгих костюмах. Браток наставил ствол на них. И второй боец полез под куртку за оружием.
Но гости уж очень быстро ощетинились стволами. Чувствовалась тренировка, причем самого высокого уровня.
