И я прекрасно знала, кому нужно позвонить, чтобы купить волшебные таблетки. Много. Сколько хочу!
Но вместо контакта Влады я выбрала в телефоне контакт Яны Дёминой и позвонила ей. Мы неплохо ладили весь прошлый год. Больше часа я умоляла ее рассказать, где можно увидеть Илью.
— Ну нельзя, Поленька. Девочка моя, не могу я тебе сказать. Я Роме обещала. Прости, мне так жаль. Если бы я только могла…
— Пожалуйста, Яна. Хотя бы намекни! Клянусь, жизнью своей клянусь, здоровьем, всем клянусь, я всего лишь посмотрю на него издалека! Он даже не узнает.
Я просто умираю без него, мне воздуха не хватает. Плачу, плачу. Я… всю жизнь ему сломала. Я… не буду больше лезть, я просто… я не знаю, что мне делать. Я на все готова, лишь бы увидеть его в последний раз.
— Я сейчас поговорю с Ромой и перезвоню тебе.
Наверное, мне повезло, что Яна была снова беременной и Рома поддался на ее уговоры.
— У них сбор в Москве, поэтому завтра в семь у Ильи самолет, — говорит Яна по телефону. — Это все, что я могу тебе сказать.
И Полина… я боюсь, он не хочет тебя видеть. Прости. Мне правда жаль. То, что с вами случилось, — ужасно несправедливо.
В половине пятого утра я дежурю у главного входа в аэропорт. Боюсь пропустить. Илья не спешит улетать из города и появляется за пятнадцать минут до окончания регистрации. Как всегда, один, с небольшим рюкзаком за плечом. Он не любит, когда его кто-то провожает, поэтому рядом нет ни родителей, ни сестры, ни друзей.
Я, как и обещала, стою поодаль возле дерева и смотрю на него.
Мне кажется, он похудел, осунулся. Но такой же высокий, широкоплечий. Большой и серьезный. Такой же потрясающий. Мой муж. Все еще муж. Я смотрю на него и не верю, что все так плохо. Костяшки его пальцев заклеены пластырем.
Я просто стою и тихонько плачу, пожирая его глазами. Шепчу молитву, чтобы с ним ничего не случилось.
В какой-то момент Илья словно замечает мою слежку, оборачивается и смотрит четко на меня. Я не успеваю спрятаться, так неожиданно все случилось. Наверное, нашу связь так просто не разорвать.
Почувствовал. Он так хорошо меня чувствует! Наши глаза встречаются, он мешкает. Бросает взгляд на здание аэропорта, а потом резко поворачивается и идет в мою сторону. Я дышать забываю. Стою как вкопанная.
Подходит. Не знаю, чего ожидать. Не обнимет и не ударит, а в остальном что угодно может случиться.
— Мне жаль, что твоего отца больше нет, — говорит он. — Но я по-прежнему не жалею, что в тот раз сказал ему то, что сказал.
