Щемящей, горькой боли, к которой почти привыкла за полтора месяца дружбы. — Полинка, да что же ты делаешь?! Я чуть не спятил, пока искал тебя. — Обнимает меня крепко, до боли в ребрах. Приятной сладкой боли.
Его голос. Его. Торопливый, запыхавшийся. Я начинаю плакать и обнимать Ветрова за шею. Быстро нащупываю цепочку. Она на месте. Слава богу, на месте!
Он закутывает меня как следует, а потом поднимает на руки.
— Мы идем в машину, там согреешься, — ставит перед фактом. Его голос звучит отрывисто, резко, спорить с таким — самоубийство.
— Я обдолбалась, мне жутко.
— Да вижу, — говорит он.
— Как ты нашел меня? — обнимаю крепче."
"— Сам не знаю. Везучий. — Потом он говорит кому-то, не мне: — Я ее нашел, Олесь, живая. Дальше я сам. Позабочусь, да. Все, до связи. И… дуйте-ка тоже по домам. — Прячет телефон в карман и перехватывает меня поудобнее.
Он все еще запыхавшийся, горячий, как печка.
Грудь вздымается часто-часто. Бегал по улицам, искал меня? Просто по улицам! С ума сойти, он точно псих.
Искал и нашел! Это же чудо. Я крепко, изо всех сил держусь за его шею, перебирая пальцами звенья заветной цепочки.
Глава 31
Полина
Мне нравится, что он горячий, вспотевший. Живой, из плоти и крови. Точно не галлюцинация, никаких сомнений быть не может! Нравится жаться к нему и просто дышать запахом его кожи, которого сейчас очень много. Буквально захлебываюсь, впитываю в себя.
Поэтому с трудом сдерживаю разочарованный стон, когда мы добираемся до машины. Илья помогает мне сесть на переднее сиденье, занимает место рядом.
Молчит.
Он напряжен, между бровями глубокий залом. Включает печку, подогрев сидений. Он делает все правильно, четко и быстро. Его руки не дрожат, в отличие от моих. Наверное, они никогда не дрожат. Сам же мужчина натянут как струна. Я отдаю себе отчет в том, что не звонила ему, не просила помощи. Он как-то сам появился.
— Любишь ты таскать меня на руках, — хмыкаю, закатив глаза.
Это я так выражаю благодарность. Я по-прежнему в его куртке, за которую готова драться. Сиденье приятно греет ягодицы, расслабляет. Меня начинает клонить в сон.
— Ты без приключений не умеешь, да? — спрашивает он в ответ. Но не злится, там другие эмоции. Он их прятал, пока нес меня к машине, и продолжает прятать сейчас, прогревая двигатель и рассматривая мои ноги с кровавыми ссадинами на коленях.
