Да и кто не залюбовался бы высокими пальмами, великолепной природой и, наконец, величественным особняком? Огромными размерами и роскошью отделки он напоминал какой-нибудь роскошный отель или правительственное здание. Только ни один отель не охраняют гвардейцы с автоматами.
Казалось бы, теперь она может чувствовать себя в безопасности, однако охрана напомнила ей, что деньги и власть неизбежно несут с собой проблемы. Подумать только, Тони рос, практически не видя реального мира! Просто чудо, что он — нормальный человек.
Если, конечно, можно назвать нормальным принца-миллиардера, питающего страсть к серфингу.
Лимузин сбросил скорость, объезжая огромный мраморный фонтан. Когда машина остановилась, откуда ни возьмись, появились еще охранники и открыли дверцы. Какой-то слуга — дворецкий, вероятно? — стоял на верхней ступеньке лестницы. Хотя Тони и утверждал, что не желает иметь ничего общего с местом, где прошло его детство, он, похоже, чувствовал себя совершенно свободно в этом нереальном мире.
Шеннон впервые до конца осознала правду: в жилах потрясающе красивого мужчины, который шел рядом с ней, течет королевская кровь.
— Тони. — Она тронула его за локоть.
— После тебя. — Он указал на открывшиеся перед ними двойные двери.
Шеннон подхватила Колби на руки, почувствовала облегчение от контакта с его теплым тельцем и пошла вперед.
Ух! Огромный холл. За позолоченными арками видны анфилады комнат. Две полукруглые лестницы ведут наверх. А на стене… Боже, неужели Пикассо?
Когда Шеннон проходила под арками в глубь здания, ее простенькие туфли скользили на мраморном полу.
Да, деньги ее не интересуют, но все-таки сейчас молодой женщине хотелось, чтобы на ней были другие туфли. Шеннон поправила лямки любимых штанишек Колби. Хотя она собиралась в страшной спешке, все-таки положила в сумки те вещи, которые нравились сыну.
Стеклянные двери вели на веранду, выходившую на океан, но Тони в последнюю минуту свернул и провел их в помещение, которое могло быть библиотекой. Вдоль стен стояли книжные шкафы.
Пол был покрыт мозаичной плиткой, потолок расписан фресками. В комнате витал легкий запах цитрусов: в углу под лампой дневного света стояла кадка с апельсиновым деревом."
"Рядом с потухшим камином дремал в инвалидном кресле пожилой человек. Две огромные собаки лежали справа и слева от него. Отец Тони. Настоящий король.
То ли болезнь, то ли возраст изменили его внешность. Он был так бледен, выглядел таким слабым, что Шеннон захотелось сказать ему что-нибудь ласковое.
