Если бы она была кем-то другим, я был бы удивлен, что она выбрала его из ниоткуда в качестве темы нашего задания, но поскольку она такая, какая есть, я совершенно не удивлен. В конце концов, мы же близнецы. Наши сраные мозги работают так одинаково, что я презираю ее почти так же, как себя.
Как только раздается звонок, возвещающий об окончании урока, я достаю телефон и включаю его. Я выстукиваю сообщение и выхожу из класса.
Я: Обеденное время. Найди меня. Я буду тусоваться с поэтами.
Глава 28.
ЭЛОДИ
Я ЕЩЕ НИКОГДА никому не желала зла.
Это на самом деле ложь, я желала зла одному человеку, но мой отец не считается. Он мерзкий тип, и он заслуживает всех дурных мыслей, которые у меня когда-либо были о нем. Если не считать полковника Стиллуотера, я стараюсь дать людям презумпцию невиновности. Мне нравится стараться быть честным человеком. Справедливым человеком. Но это ни черта не годится — Пакс Дэвис — ублюдок высшего порядка, и я надеюсь, что он упадет с очень высокого утеса. Хотя думаю, с ним будет все в порядке, он выживет после падения.
Хотя бы несколько недель на растяжке, корчась в агонии на грязной больничной койке? Да, это звучит как подходящее наказание для такого придурка, как Пакс.
Восемь: вот сколько раз он называл меня шлюхой за те сорок минут, что мы должны были сидеть вместе и обдумывать, как будем выполнять наше задание. — «Прочтите независимую книгу с глубоким и трогательным сюжетом, а затем представьте ее классу». — Честно говоря, я не уверена, что Пакс умеет читать.
Он не проявил никакого интереса к листку, который дал нам доктор Фитцпатрик. Но с другой стороны, он провел последние десять минут урока, стуча по экрану своего телефона, посылая текст за текстом Бог знает кому, так что он должен обладать некоторым элементарным пониманием английского языка.
Когда мы расстались, он прорычал мне что-то гортанное и грубое на языке, который я думаю, был немецким, затем он вежливо сказал мне, что я должна прочитать книгу и написать презентацию сама, затем он показал мне средний палец и ушел, не сказав больше ни слова.
Мне не удалось поговорить с Кариной, чтобы узнать, как прошло ее испытание с Дэшилом, но по выражению ее лица, когда она спешила на следующий урок, я догадываюсь, что все прошло именно так, как можно было ожидать. Другими словами, ужасно.
За обедом у нее назначена встреча со школьным психологом, и поэтому я не чувствую себя виноватой, что не пытаюсь ее выследить, пока иду через академию.
