Бунт османской Золушки

 – Я напишу повелителю, что хранитель его покоев проявил невиданное мужество, отбиваясь от гяуров.

– Благодарю, – нагнул голову Исмаил. – А теперь могу я принять участие в совете? Падишах дал мне напутствие, и я должен донести до вас, паши, его волю.

«Бедный Али, – подумал он. – Это его зарезали ночью. Но волку, коли он хищник, всегда нужна жертва: беззащитный и доверчивый ягненочек. Я собираюсь загрызть вожака стаи, и мне нужна кровь десятка таких ягнят, а то и сотни. И я буду безжалостен. Спасибо тебе, сестра! Ты научила меня многому, пока я был еще ребенком.

Твой изворотливый ум стал для меня маяком, я каждый раз, когда мне грозит смерть, представляю: а что бы сделала ты? Как поступила? Как ты сейчас? Тебе скоро рожать. И хоть бы это был мальчик…»

Прошло два дня и две ночи. «Я каким-то чудом все еще жив, – подумал Исмаил с усмешкой, ложась спать у очага, который сторожил его новый друг. – Они меня так и не выследили. Но это продлится недолго. Рано или поздно меня найдут и здесь.

И снова попытаются убить. Пора действовать».

После очередного военного совета, который созывали каждое утро, Исмаил вместе с Мурад-ага, ответственным за подкоп, отправился оценить, как идут дела. Они в сопровождении двух янычар, взявших факелы, спустились почти под самую крепостную стену.

– Еще день работы, эфенди, и ее можно будет взорвать, – Мурад-ага сам взял факел и высоко его поднял. – Мне кажется, я слышу голоса. Там кто-то есть, – он кивнул на толщу рыжей земли с вкраплениями мелких камней.

 – Эй, вы! – крикнул он солдатам. – Прекратите работу! – и ага озабоченно сказал, обращаясь к Исмаилу: – Ночью у меня встреча со шпионом из крепости. Я хочу знать, не догадались ли гяуры, что мы именно тут копаем. И не заминировали ли стену с другой стороны.

– Кто он, этот шпион? – как можно безразличнее спросил Исмаил.

– Лавочник из Стамбула, армянин. Он приехал сюда за товаром, критским вином, и тяжело заболел. А тут началась осада. У него в Стамбуле семья, вот он и пришел как-то ночью к нам в лагерь.

Просится домой. А я сделал из него шпиона, – с гордостью сказал Мурад-ага. – Теперь мы знаем обо всем, что происходит в крепости, хотя лавочник и трясется от страха каждый раз, когда сюда приходит. Тут недалеко есть лаз. Он очень узкий, для одного человека. Я бы не узнал о нем, если бы не этот армянин. Но все торговцы пронырливы и хитры. У неверных всегда есть тайный ход, по которому они сбегают во время осады.